— Хм. — Он воспользовался возможностью повнимательнее разглядеть фотографию. Ноги обхватывали шест, может, в этом все дело. Он сжимает, и его сжимают. Но он выпал из разговора, поэтому закончил так, как заканчивал всегда: — Ладно, я побежал, — и пошел дальше, к боксу Дона.
Ему хотелось мастурбировать, желание не давало ему сосредоточиться. Случай в торговом центре в прошлые выходные, который он запер в дальнем уголке сознания, опять зашевелился. Его рука сохранила память об отдернувшемся бедре. Он подумал, может, опять начать принимать дилантин, но раздумал. Без таблеток он чувствовал себя более живым.
Совещание с начальством прошло нормально, хотя и не первоклассно. Из-за асимметрии переговорной комнаты, имевшей форму укороченной трапеции, Теду всегда становилось не по себе. Глисон, толстяк, отвечающий за финансовые операции, давил на них с Доном, чтобы они быстрее выдали промежуточный отчет.
— Слушайте, разве нельзя написать что-нибудь, что можно было бы показать клиентам? А пиарщики обработают.
Всегда дипломатичный Дон развел руками в жесте умиротворения.
— Я понимаю. Но разве в прошлом месяце мы вам отдали не это самое?
Глисон взмахнул рукой, отбрасывая последний месяц.
— Там все в порядке. Но нам нужна какая-то уверенность, что мы справимся, если у нас произойдет то же, что в АОЛ, — знаете, если кто-нибудь попробует завалить нас данными.
Это имело отношение к тому, чем занимался Тед, но он промолчал. Дон высказался за него.
— Ну, — он стал тянуть время, — можно сказать им, что мы изучаем ситуацию.
— Хм, — это сказал Уэллер, еще один здоровяк в полосатой рубашке и подтяжках, начальник отдела банковских операций. — Как-то не очень убедительно.
— Да уж, — подхватил Глисон, — почему нельзя сказать хотя бы что-нибудь более позитивное?
— Потому что все рухнет и сгорит, — огрызнулся Тед, прежде чем Дон успел вмешаться. Эти типы с магистерской степенью по управлению бизнесом ни черта не понимают в технических проблемах. Но Глисон и Уэллер явно не хотели этого слышать.
— Неужто? — Казалось, Глисон вырос, когда приподнялся на носках своих черных отполированных ботинок и наклонился вперед. — У нас что, нет пожарного выхода? Разве мы вам не за это платим? Мы обязаны сказать клиентам, что в чрезвычайной ситуации у нас все будет нормально.
— В конце концов, мы же страховая компания, — пошутил Уэллер. Эту фразу Тед уже слышал, но изобразил на лице улыбку — как трещина в лаке, как однажды сказал его отец.
Еще несколько указаний, и их отпустили.
— Ты же знаешь, у этой проблемы решения нет. — Тед уставился в точку на стенке лифта, похожую на пятно пролитого кофе.
— Знаю. — Дон по-отечески обнял узкие плечи Теда. — Ты проведи еще несколько тестов. А я что-нибудь сочиню.
В полдень Тед оставил свой компьютер в режиме ожидания и пошел обедать. В последние несколько месяцев он ходил в «Макдоналдс» в пяти кварталах от офиса и покупал детский «Хэппи мил», по правде говоря, в другой еде он и не нуждался. В этом «Макдоналдсе» внутри была детская площадка с горкой, и он садился на скамейку возле нее и смотрел, как дети на животе переползают с одного уровня на другой. Каждый день он находил одного мальчика, который ему нравился, и отдавал ему игрушку, прилагавшуюся к «Хэппи мил». Сегодня там оказалась игрушка из «Звездных войн», маленькая пластмассовая ракета в двух частях. Под прикрытием компьютерного журнала он наблюдал за одним мальчиком, который хотел все делать наоборот: топая кроссовками, он карабкался по извилистому скату желтой горки, а потом спускался вниз по красной лестнице, раз за разом. Не больше четырех-пяти лет, решил Тед.
— Эрик! — крикнула мама мальчика, женщина с лицом, к которому давно прилипло угрюмое выражение. — Нам пора идти. Может, для разнообразия съедешь с горки?
— Не хочу… — Он ухмыльнулся Теду, во всяком случае, так это выглядело.
На Эрике был маленький спортивный джемпер и синие тренировочные штаны, и, когда он, извиваясь спиной, лез по горке, в груди Теда открывалась ранка. Теду хотелось встать под лестницей и хватать его тут и там.
Через несколько минут он поднялся, чтобы подарить игрушечную ракету Эрику.
— Возьми, пожалуйста, мне она не нужна.
Хмурое лицо матери лишь чуть-чуть посветлело.
Эрик выпятил губы.
— Зачем же вы ее брали?
Тед проговорил свое обычное объяснение о том, что у него детский аппетит, и не успел договорить, как Эрик выхватил у него подарок. Держа ракету в ладони, он разглядывал ее со всех сторон.
— Эрик, скажи дяде спасибо.
— Ничего. — Тед махнул рукой. — Дети же.
Но Эрик оглянулся на то место, где сидел Тед, крикнул: «Спасибо! Спасибо спасибо!» — и поцеловал Теда в щеку. Твердый поцелуй атаковал его, и голова Теда глухо ударилась о стену.
Мать Эрика кинула на него свирепый взгляд:
— Как неосторожно, Эрик. Извинись.
Эрик отскочил назад.
— Но я же сказал спасибо!
— Мы уходим. Сейчас же. — Мать Эрика взяла сумочку и стаканчик с кофе. Поднимаясь, она повернулась к Теду: — Вы не очень сильно ударились?
— Я-то? — Тед потер щеку, на которой еще горел поцелуй. — Нет, у меня все прекрасно.