Есть вещи, которые тяжело переносить и воспринимать, а главное преодолевать к ним внутри себя отвращение. Можно назвать данное ощущение обидой, но прозвучит уж больно просто. Здесь замешены сильные чувства, сильные переживания. Это личные демоны самого человека.
Люди ненавидят предательства. Они сразу ощущают себя покинутыми, ненужными, разбитыми. Получают моральную пулю в спину, не желая терпеть виновника рядом.
Дилан О’Брайен способен простить многое, особенно своему другу — единственному человеку, который понимает его, как себя. Но предательство… Это тяжелый проступок. Для Дейва. Ему с трудом удается усидеть на месте, ведь психологическое давление со стороны Дилана не прекращается пока они ждут в салоне автомобиля сигнала от Харпер, которая вместе с Лили вошла в дом, чтобы проверить обстановку и поговорить с матерью.
Тишина. Молчание. Давка. Эмоции. Им нужно поговорить.
— Я хотел сказать, — Фардж смотрит на свои ледяные ладони, пытаясь собраться, чтобы объясниться. Его гложет изнутри чувство вины. Он правда хотел все провернуть таким образом, чтобы спастись, чтобы шанс был не только у него, но и у Дилана. Дейв думал, что, подставив Псов, одержит вверх другая банда. Банда, обещавшая ему свободу, но парень проявил сверхнаивность и глупость и только сейчас в полной мере осознал это. Поэтому сидит в полном отрешении. Сидит, боясь смотреть на друга, даже поднять взгляд на его спину.
О’Брайен не собирается его бить. Он не собирается проявлять агрессию по отношению к другу, но никогда не признается в том, что сам последнее время задумывался о возможности уйти из банды. Вот только таковой не существует в природе. Ты либо с Псами, либо ты мертв. Так что Дилан откладывает мысли о побеге и сейчас раздумывает над тем, как все провернуть правильным образом. Чтобы помочь Дейву. Чтобы его семью не тронули. Чтобы Роуз осталась невредима. Чтобы больше никогда не видеть Харпер.
Да, Дилан О’Брайен не собирается покидать Псов. А для этого необходимо избавиться от прошлого. Помочь близким. Тогда его ничего не будет держать. Он займет то место в обществе, которое заслуживает. Место среди гончих. Быть может, это простой страх перед неопределенностью? Да, не спорит. Дейв Фардж в этом плане намного рискованнее. Он бросается слепо в любую возможность, не страшась последствий. Он не боится незнания. А Дилан страшится. И для него существует только один вариант.
Поднимает голову, когда входная дверь открывается, и на темной улице появляется Харпер. Девушка спокойным жестом приглашает парней зайти, после чего исчезает в коридоре. Стоит в напряженном ожидании, поглядывая на мать, которая складывает руки на груди, всем своим внешним видом дает понять, что не совсем разбирается в ситуации, но, если её дочь так обеспокоена, то есть на то причина. И вполне серьезная.
Лили Роуз отправили в ванную, чтобы она, как следует согрелась. На самом деле, ей на пользу одиночество. Девушке нужно побыть наедине с собой и своими мыслями, чтобы разобраться и понять, как поступать дальше.
А пока Мэй отходит от двери, когда та открывается, и в коридор заходят двое парней, один из которых продолжает хранить молчание, а второй с мнительной тревогой озирается по сторонам, осматривая двор, после чего прикрывает дверь, оборачиваясь к остальным. Дилан без труда находит силы, чтобы взглянуть на мать Харпер — женщину, которая таким сильным и недоверительным взглядом пронзает нежданных гостей, после чего строгим голосом вещает:
— Я поставлю чайник, — холод по коже. Женщина отворачивается, предварительно окинув парней взглядом, после исчезает за дверью кухни. Мэй нервно потирает ладони, делая шаг к Дилану и Дейву, виновато щурится, шепча:
— Моя мать не особо понимает ситуацию, поэтому… Придется ей рассказать, — качает головой. — Она никуда меня не отпустит с вами, — объясняет. — Так что готовьтесь к давлению, — хочет подбодрить Дилана натянутой улыбкой, а лицо того остается без изменений, выражая какое-то неприятное равнодушие. Девушка хочет развернуться, чтобы поспешить за матерью, но цепенеет от холодного прикосновения к своему плечу. О’Брайен пальцами касается её кожи, заставив обернуться. Парень слегка хмурит брови, кивнув в сторону лестницы:
— Иди к Лили, — звучит… Как приказ. Дилан О’Брайен приказывает Харпер, и девушка заметно напрягается, в ответ сжав ладонью его локоть. Смотрит с полной серьезностью в глаза:
— В чем дело? Я… Я могу помочь уговорить её, вам даже не обязательно… — она бросает взгляд на Дейва. Тот со всей серьезностью косит взглядом на друга, явно понимая, что тот задумал, поэтому поддакивает, еле шевеля губами:
— Иди, Харпер, — устало. Просит. Мэй теряется, начав активно моргать, и её взволнованный взгляд скачет с одного на другого парня. Чувствует, как Дилан поглаживает её плечо большим пальцем, но это не способно расслабить.
— Иди, — О’Брайен подталкивает к лестнице. Харпер поддается. Она сохраняет тревогу на лице, пока идет спиной к ступенькам, с суровой задумчивостью в глазах отворачивается, медленно поднимаясь наверх.
