— Хочешь чего-нибудь? — Дейв натягивает улыбку, подходя к холодильнику. — Знаю, Джо пытался кормить тебя хлопьями с кусочками фруктов, а ты терпеть их не можешь, — оглядывается, закрыв дверцу. Никакой реакции со стороны друга, который осторожно отодвигает стул, чтобы сесть за стол. Он не показывает, но испытывает дикую усталость. И Дейв практически убежден, что дело, по большей части, в состоянии Харпер, хотя, чего О’Брайен мог ожидать? Она — человек. А люди, порой, ломаются. Нужно просто помочь им подняться. Фардж садится напротив, ладони сжимает в замок и кладет на стол, смотрит вниз, покусывая больную губу:
— Знаешь, ей просто было тяжело в последнее время. Не думаю, что она сделала это осознанно, — поглядывает на друга. Тот смотрит куда-то в сторону, продолжая сжимать пальцами запястье правой руки. Дейв нервно ерзает на стуле, понимая, что нужно время. О’Брайен придет в себя, но это долгий процесс, поэтому проявляет терпение, спокойно, но серьезно спрашивая:
— Слушай, ты вообще… — мнется, ведь Дилан переводит на него взгляд. — Ты как вообще? — смотрит в ответ, не смущаясь тому, как тяжело выносить столь долгий зрительный контакт. Это ведь Дилан. Ничего удивительного. О’Брайен явно хочет ответить каким-то жестом, может, пожмет плечами, но его прерывает Джо. Он с совсем уж хмурым лицом проходит в кухню, спешно натягивая куртку:
— Псы совсем охерели.
— В чем дело? — Дейв с напряжением следит за тем, как мужчина ищет ключи от машины в карманах.
— Им нужен еще груз. Если они поймут, что я не дома, пойдут вопросы, — стреляет взглядом на Дилана. — Главный хочет встретиться со мной лично, — в голосе нет ничего, но видно, что эта новость его нервирует. Джо обращает свое недоверие на Дейва:
— На твоей совести, — кивает в сторону О’Брайена. — Если он удерет, я найду и пристрелю его, — переводит взгляд на Дилана. — И не только тебя. Я пристрелю вас всех, — палец указывает в потолок, на второй этаж. — Её в первую очередь, — угроза. Но кроме угроз ничего не имеет против парней, которые переглядываются между собой. Впервые они обмениваются таким зрительным контактом за долгое время.
Да, человека можно изменить, но что-то в нем остается. И в Дилане полно самого себя, вот только оно закрыто. Если ты хочешь пережить программу, тебе придется скрыться внутри. Таким образом, он и выжил.
— Я позвоню, как буду на месте, — Джо не обязан, но: — Если что-то серьезное, сообщу, — еще раз окидывает присутствующих своим фирменным недоверчивым взглядом, после чего вынимает связку ключей. Уходит. Знает, что угрожать запертой дверью нет смысла. Если эти типы захотят бежать, то они сделают это. Ничто не помешает. Рискованно оставлять, но и брать в город нельзя.
Слышен дверной хлопок. Тишина. Дейв с опаской посматривает на Дилана, боясь, что тот воспользуется случаем, но пока тот сохраняет неподвижность. Продолжают сидеть, молчать, но это не создает какой-то неловкости между ними. О’Брайен слишком громко выдыхает, запрокидывает голову, взглянув в потолок. Он так же реагирует на шаги, как и Фардж, вот только, по какой-то причине, поднимается со своего стула, наоборот отходя к раковине и плите, когда в это время Дейв приподнимается, делая шаг в сторону Харпер, которая заглядывает на кухню, изучает взглядом парней, не зная, может ли так просто зайти.
— Хэй, — Фардж улыбается, оглянувшись на Дилана, и вновь смотрит на девушку. — Выглядишь… — подбирает слова. — Лучше.
Нет, внешне Мэй выглядит не особо: такая же бледная, с синяками под глазами, вот только взгляд иной. Он светлее. Да, внутри она чувствует, как какой-то давно наполнившийся шар лопнул на куски, разорвался, поэтому теперь она делает спокойный глубокий вздох, еле ощущая боль в забинтованной руке.
Некоторым людям для того, чтобы подняться, необходимо упасть с края.
Люди, бросающиеся из крайности в крайность, чтобы продолжить жить.
И сейчас ей хорошо, поскольку что-то отвратительное вышло из неё вместе с кровью. Правда, её методов «освобождения разума» не многие смогут понять, так как они аморальны для общества.
Мэй чувствует вину за то, что устроила подобное. Сейчас и без того время, полное напряжение, а тут еще и она со своими проблемами. Нельзя быть настолько эгоистичным. Девушка складывает руки на груди, стараясь так же улыбаться Дейву, но постоянно стреляет взглядом на Дилана, который смотрит в пол, держа руки на груди, подобно ей самой. Закрыт.
— Мне… — Мэй видит, что Фардж хочет разбавить тишину, но перебивает, когда ощущает этот укол в груди. — Мне стыдно, — признается, — открыто смотрит то на одного, то на второго, кивая головой, словно соглашается сама с собой. — Мне правда стыдно. Простите меня.
