— Они оба вытворили, — соглашаюсь, — но ты ведь понимаешь, что они хотели помочь?
— Да, но мы взрослые люди, — Роуз хмуро смотрит на меня, иногда прерываясь на тихое дыхание, чтобы привести сердечный ритм в порядок. — Мы могли сесть все вместе и обсудить, принять решение, а они поставили нас перед фактом.
— Знали, что мы будем отпираться, — предполагаю, но Лили не хочет слушать. Она перебивает, с раздражением выдыхая:
— Это все неважно. Они в прошлом. Они бросили нас, — с такой обидой произносит эти слова, что мне самой становится горько внутри, но не поддаюсь эмоциям, отбрасывая их в сторону:
— Дейв спрашивал о тебе.
— Ты поддерживаешь с ним общение? — стоп, продолжать говорить о нем нельзя. Роуз только злится. Но почему-то я уверена, что, если они встретятся, то лед тут же растает. А пока лучше помолчать. Не знаю, о чем тогда говорили на кухне Лили с Дейвом, но этот разговор задел её. Причем сильно, поэтому… не нужно лезть.
— Он в порядке? — я не сразу понимаю, что Лили спрашивает о Фардже, поэтому оттягиваю с ответом, промычав:
— М, да, — киваю, — да, он в порядке… В относительном, — и Роуз молча отводит взгляд в сторону. Напряжение между нами давит на сознание, приходится терпеть, чтобы вынести все это. Девушка тяжело и хрипло дышит, активно моргает, постоянно касаясь капельницы пальцем. Её клонит в сон?
— Ты не голодна? — вспоминаю о главном. — Твоя мать очень переживает. Говорит, ты должна кушать, чтобы поправляться.
Роуз сглатывает. Кажется, она хочет остаться наедине с собой, только поэтому шепчет в ответ:
— Немного, — и я не верю, но всё равно киваю, встав с краю:
— Что хочешь? Лучше начать хотя бы с чая, так? — Лили без особого желания кивает головой. Я не стою на месте. Самой не хватает кислорода рядом с ней, так что уже спешу к двери, но:
— Мэй? — тревога в голосе застревает в моих ушах. Я касаюсь ручки двери, оглядываясь на подругу, которая хмуро смотрит в сторону окна:
— Что там происходит? — я тоже вижу это. Вспышки. Может, электричество? Без какой-либо мысли двигаюсь к окну, прося Роуз не вставать с кровати. Останавливаюсь, пальцами трогаю холодный подоконник, осматривая улицу. Не удается сразу понять, что это были за вспышки. Яркие, теплого цвета. Уже оборачиваюсь, пожимая плечами, когда смотрю на Роуз, а та с напряжением вглядывается в мои глаза, когда мы слышим это. Вместе. Звук, словно грохот. Такой сильный и громкий. Эхом разносящийся по воздуху. Мне даже приходится закрыть уши, чтобы вынести его. Выпрямляюсь, резко прильнув к окну, и распахиваю створки, в ту же секунду глотнув дым. Черный. Кашляю, ладонью зажав свой рот, и щурюсь, чувствуя, как пепел режет глаза. Не сразу можно заметить огонь. Он медленно поднимается где-то в паре домов от нас. Думаю, горит парковка. Слышу, как гудят автомобили.
— Что там? — Лили встревожено спрашивает, и я хочу ответить, но вновь слышен грохот. И мы наконец понимаем, что он представляет из себя. Особенно, когда начинает дрожать пол под ногами.
Взрыв.
Напряженно хватаюсь за подоконник, всматриваясь в темноту. Мрак. Сознание само проводит параллель.
Они существуют в темноте. Ночью. Псы.
— Не может быть, — шепчу под нос, вздрагивая от касания к плечу. С тревогой хватаю девушку под руку. Роуз сама встала с кровати, дошла до меня, везя за собой капельницу. Она позволяет мне поддержать её. Выглядывает из окна:
— Что происходит? — видим, как начинают носиться машины. Все разворачиваются, уезжая в одну сторону, а автомобили полиции наоборот гонят в сторону горящего здания. За ними и машины скорой помощи, пожарные. Люди, которые еще не успели попасть домой, начинают с волнением озираться по сторонам, ускоряя свой шаг. Слышен гул голосов. Поднимается какая-то паника. Черный дым вьется в темное небо.
— Может, машина взорвалась? Парковка, все-таки, — предложение Лили меня успокаивает. И почему я сразу обвинила во всем группировку Псов? Если бы они планировали нечто подобное именно сегодня, думаю, Дилан сообщил бы…
Но ведь он пытался меня остановить.
— Черт, — кусаю ногти, напряженно наблюдая за языками пламени. К нам успевает заглянуть медсестра, чтобы убедить, что все хорошо и нам не стоит переживать. Так же быстро она уходит, оставляя дверь приоткрытой.
— Тебе лучше вернуться в кровать, — прошу. Лили долго тянет с ответом, но кивает. Помогаю ей присесть, а сама отхожу:
— Ложись, принесу чай, — а сама оглядываюсь на окно. Надеюсь, ничего серьезного там не случилось. Всё-таки… Взрыв был сильный, да и сирена не затихает…
Слабо хлопаю подруге по плечу, и она провожает меня взглядом до двери. Кажется, девушка передумала оставаться одна, но мне необходимо чем-то напоить её. Даже простым чаем. Уже будет неплохо.
