Раффаэле делает мне знак подойти. Я подхожу, останавливаюсь вблизи него. Остальные молча смотрят на меня. Джемма и Микель слегка улыбаются. Я отвечаю им улыбкой. Данте стоит на другом краю. Его взгляд суров и мрачен. Стараюсь не смотреть в ту сторону. Внутри поднимается тошнота. Опять вспоминаю слова Терена.
Раффаэле подходит ко мне и протягивает аккуратный сверток. Это серебряная маска и темно-синий плащ, завернутые в тонкую белую материю. Я молча беру сверток и торжественно прижимаю к груди.
У меня заметно дрожат руки, но сердце ликует. Это ведь
Ликование быстро сменяется ужасом.
– Повторяй за мной! – велит Раффаэле.
Молча киваю. В горле пересохло. Эхо тоже повторяет слова клятвы.
– Я, Аделина Амотеру…
– Клянусь служить Обществу Кинжала, клянусь внушать страх сердцам тех, кто ныне правит Кенеттрой…
– Клянусь любой ценой, включая собственную жизнь, вернуть принадлежащее нам и клянусь сделать так, чтобы сила нашей Молодой Элиты стала известна каждому мужчине, женщине и ребенку.
– Если же я нарушу свою клятву, пусть кинжал возьмет от меня то, что я взял от кинжала.
Я повторяю за ним. Внутри меня бурлит тьма.
Раффаэле наклоняет голову:
– Добро пожаловать в Общество Кинжала… Белая Волчица, – с улыбкой добавляет он.
Через несколько часов я в сопровождении Джеммы снова отправляюсь в пещеру. Теперь на мне нарядное красное платье. Остальные уже там. Помимо членов Общества Кинжала, я вижу незнакомых, богато одетых людей. Кто они? Скореее всего, покровители Общества. Вокруг них вьются консорты Двора Фортунаты. Все члены Общества в парадной одежде кенеттранцев. Они сидят на мягких диванах в подземной гостиной. На подносах разложен охлажденный виноград и вино с пряностями, но к угощению никто не притрагивается. Идет оживленная беседа с покровителями. Настроение у всех приподнятое. Похоже, собравшиеся что-то празднуют. Но что? Достижение цели, к которой так долго шли? Праздничную обстановку нарушает вид старинных урн вдоль стен. Все говорят негромко, но возбужденно. Мне это напоминает цветной сон. Картина совершенно нереальна. А не так уж далеко отсюда высится вполне реальная Башня инквизиции.
Как бы найти предлог, чтобы покинуть это празднество?
Среди собравшихся вижу Энцо. Раффаэле почему-то нет. Возможно, он не посещает такие встречи, а может, занят. Пытаюсь объяснить себе его отсутствие.
Джемма трогает меня за рукав, улыбается и ведет знакомить с гостями. На меня бросают любопытные взгляды. Из собравшихся я знаю только хозяйку Двора Фортунаты. Сегодня на ней роскошное платье из голубого шелка, расшитого золотом.
– Это наши покровители из числа знати, – шепотом поясняет Джемма, когда мы садимся на диван. – Им не терпится познакомиться с тобой.
Итак, здесь собрались те, кто поддерживает Энцо и хочет видеть его королем Кенеттры. Джемма чувствует себя непринужденно. Она представляет меня гостям, не забыв показать своего отца. Я тоже улыбаюсь, стараясь быть учтивой. В глазах собравшихся вижу неподдельный интерес. Украдкой поглядываю на Энцо. Он сидит на другом диване, положив ноги на низкий столик. Лицо скрыто полумаской, в руке – бокал вина. Он тоже бросает на меня быстрый взгляд и возвращается к разговору.
– Я слышал, что король не решится отменить Турнир Бурь, – обращается к Энцо кто-то из покровителей. – Это сделало бы его посмешищем в глазах народа и показало бы его слабость. Они с королевой вынуждены поддерживать традицию.
– Здесь мы и загоним их в угол, – отзывается другой гость.
– А ваша создательница иллюзий смогла бы провести нас во дворец? – спрашивает третий.
Глаза спросившего мельком останавливаются на мне, вызывая у меня всплеск беспокойства.
– Народ вполне созрел для переворота, – продолжает этот гость. – Особенно после вчерашнего зрелища. Мы могли бы осуществить задуманное еще до Турнира Бурь. Даже сегодня ночью.
Энцо качает головой:
