Знакомя своих читателей с итальянским опытом, «Младоросская искра» писала в 1934 г.: «Корпоративное государство покоится в Италии на своих двадцати двух корпорациях… на основе сотрудничества и представительства предпринимателей, рабочих, техников, умственного труда, администрации, партии. Их задача – дисциплинировать коллективно-трудовые взаимоотношения и осуществить управление хозяйственными отношениями, проводя единую унитарную дисциплину народного производства… Чтобы осуществилась корпоративная дисциплина и наладилась корпоративная жизнь… нужно тоталитарное, целостное государство… нужна единая партия, представляющая солидарность и политическую силу, нужно высокое идейное напряжение, представляющее дух нации и нравственную силу… Тоталитарное государство должно быть сильным и человечным» 148. Неординарная трактовка «проклятой» тоталитарности! Сюда добавлю, что с 1923 г. по 1942 г. по политическим мотивам в Италии было казнено 38 человек149.
1 ноября 1936 г. Муссолини в очередной речи, полной парадоксов и неожиданностей, утверждал: «… мы не бальзамировщики прошлого. Мы – предтечи будущего. Мы не доведем до крайних последствий капиталистическую цивилизацию с ее механизированными, бесчеловечными чертами. Мы создаем новый синтез. Через фашизм мы открываем широкий путь подлинной, человеческой цивилизации труда»150. Все эти идеи в «конфетной упаковке» не могли не привлекать младороссов, во многом смотревших с одних и тех же позиций на происходящее в Европе и мире.
Определенный интернационализм мышления у сторонников нового порядка подтверждал привлекательность и мощь фашистских идей, возникших на почве «спасения» нации и мира, установления «нового порядка».
Муссолини, в частности, утверждал: «Для фашизма стремление к империи, т. е. к национальному распространению является жизненным проявлением; обратное, „сидение дома“, есть признаки упадка. Народы, возвышающиеся и возрождающиеся, являются империалистами; умирающие народы отказываются от всяких претензий… Если каждый век имеет свою доктрину жизни, то из тысячи признаков явствует, что доктрина настоящего века есть фашизм»151. Это был тот самый «голубой фашизм», над которым задумывались как новым словом в мировой истории Бертран Рассел и Николай Бердяев.
Идеями фашизма увлекались не только младороссы. Так, в 1936 г. в Париже генерал А. В. Туркул, о котором говорили как об агенте влияния страны Восходящего Солнца, организовал «Русский национальный союз участников войны». В отличие от многих своих товарищей по оружие, генерал подчеркивал – «Наш идеал – фашистская монархия». Девиз – «Бог, отечество и социальная справедливость». Здесь только одно замечание: можно только «восхищаться» тем, как социальная справедливость «портит» историю!
Фашизм с его национально-социальной доминантой представал как некое обновление, даже возрождение общества.
В 1935 г. «Бодрость» писала: «На наших глазах пришел к власти болгарский фашизм… Идеи, уже наметившиеся в эпоху прошлогоднего майского переворота, окончательно определились и уточнились с приходом 22 января нынешнего года правительства генерала Златева. Они созвучны установкам младороссов… Новый строй не только не входит в конфликт с Троном, но, наоборот, находит в нем незыблемую опору: историческая преемственность сочетается с социальным радикализмом. 24 февраля г-н Златев произнес большую программную речь. В ней он говорил: „Монархия… символ общенациональных интересов и общенационального единства". „Нация есть реальность прошлых, настоящих и будущих поколений, спаянных в единство кровью, религией, бытом, языком, духом и традицией"… „Новое государство не будет ни классовым, ни партийным"… „Собственность и капитал… не являются самоцелью, а исполняют в рамках нового государства общественные функции на основах экономического сотрудничества и солидарности"… Отмечая наше единомыслие в основных вопросах, мы рады приветствовать начало осуществления родных нам идей в стране нам родственной и близкой»152.
Это было и время лозунгов, манифестов. Так, в фашистском «символе веры» были такие пункты: «Верую в вечный Рим, мать моей страны», «И в Италию, ее первородную дочь», «Верую в гений Муссолини», «Верую в обращение всех итальянцев», «И в воскресение Империи. Аминь»153.
