Я нащупал кнопку и открыл крышку, за которой оказалась сухая чистая губка и отсек для воды и специальных чистящих средств.
— Мозги в крышке. — сказал Джим садясь на корточки напротив меня.
— Что? — я поразился тому, насколько близко он находился и насколько реальной была каждая деталь.
— Мозги машины, то, откуда исходят команды. — пояснил дядя, указывая на сдвинутую мной крышку. — Разбей её.
— К чему такие меры? Можно вскрыть. — прокомментировал Майкрофт нависший надо мной.
— Глупо и медленно. Уйдёт куча времени, чтобы найти подходящий инструмент. — возразил Джим. — Просто оторви крышку и разбей.
Я обернулся и на всякий случай ещё раз огляделся, но ничего удобного не нашёл. Да, придётся ломать. Я ногой надавил на место, где крышка крепилась с основным «телом», и петли не выдержали. Отлично. Осталось разобраться, как попасть внутрь.
— Отверстий для шурупов нет, значит, где-то должна быть кнопка или срез. — пальцы Холмса коснулись внешней стороны крышки.
Я заметил тонкую линию зазора. Попытавшись открыть её ногтями, а затем сместить вперёд и назад, я не получил желаемого эффекта, однако почувствовал, что крышка крышки будто пружинит. Надавив посильнее, я ощутил щелчок отдачи, и крышка послушно грохнулась на пол. Я глядел на зелёную плату, кучу проводков и серийных номеров.
— Возьми карту памяти. На неё записывается алгоритм проделанной работы. — произнёс политик, указывая на длинную чёрную плоскую штуковину.
Она идеально подходила для того, чтобы пролезть в скважину.
— Нужен ещё какой-нибудь тонкий предмет, типа иголки или тонкой палки. — заметил Джим. — Трубка, по которой всасывается средство.
Я перевёл взгляд на вторую часть робота и извлёк трубочку. Теперь самое интересное.
— Боже, с чем только приходиться работать. — вздохнув, произнёс я и шагнул к двери.
— И с кем. — добавил дядя.
Я присел на корточки, придерживая себя за бок. Так, ещё немного и всё. Терпи.
Тонкая пластина вошла в замок едва-едва, но этого хватило. Дальше я просунул трубочку.
— Дави пластиной вбок на штифты, а трубочку прокручивай против часовой стрелки. — диктовал мне голос Холмса над ухом.
— Не дай ей застрять или сломаться. — Джим расположился с другого боку.
По телу прошла дрожь.
— Как приятно, что мы все тут вместе. — не удержавшись, произнёс я.
Справа раздался вздох Майкрофта, а Джим, я уверен, закатил глаза.
Щелчок. Моё сердце подпрыгнуло, и я тут же поднялся на ноги и шибанул по двери ногой. Та распахнулась, а я согнулся от боли.
— А это было не к чему. — замечает Майкрофт.
Да уж. Но главное — я свободен.
— Спасибо. — кряхтя, произношу я и начинаю активные (насколько могу себе позволить) движения в сторону мед крыла.
Каждый шаг давался с трудом, я всё ещё не мог до конца разогнуться, так что выглядел как какой-то старикан с посмертными проблемами со спиной.
Дойдя до знакомого кабинета, я два раза ударил кулаком по двери, а затем вторгся внутрь. Трое врачей затихли и уставились на меня.
— Эй, больничка, я снова к вам. — проговорил я, улыбаясь.
Врач, который снабдил меня недавно лекарствами поднялся из-за стола, разглядывая моё кровавое личико.
— Что?..
— Разрыв печени от удара и ушибы ещё хрен знает где. — поставил себе диагноз я.
Все врачи в замешательстве переглянулись, но потом синеглазый оправился от изумления первым и приказал двум другим привезти оборудование для УЗИ в соседнюю палату.
Когда меня препроводили в смотровой кабинет, положили на кушетку и обнажили живот, я был почти спокоен. Двое других исчезли, и мы со знакомым мне доком остались вдвоём. Он вылил специальную жидкость мне на бок, и мышцы инстинктивно сжались от холода, что привело к боли.
— Потерпи. — сказал доктор, беря в руки штуковину для сканирования.
Я старался контролировать боль, когда эта херня стала давить на повреждённое место. Я был словно беременной дамой, у которой проверяют состояние плода.
— Ну чё? — не выдыхая, поинтересовался я.
— Не страшно. — сказал врач и протянул мне салфетку, чтобы я вытер кровь с лица. — Имеются повреждения, но для сильного беспокойства нет причин. Исключить из рациона алкоголь в ближайшие две недели, нагрузки и пить помогающие ускоренному формированию клеток препараты.
Жаль, что нагрузки нужно исключить. Я же только хотел восстановить хоть какой режим тренировок.
Дальше врач сказал мне перевернуться на бок, и он осмотрел остальное тело. Ушибы выльются в синяки, раны от ножа слегка раскровились.
— Больше ничего не болит? — спросил доктор. — Рёбра?
Я покачал головой. Слегка саднит и всё.
— Хорошо.
Я сел на койке, уставившись на свои ноги. Нужно решить, как я поступлю. Разрешу конфликт силой или умом.
— Осталось ещё кое-что… — еле слышно проговорил врач, закончив осмотр моей головы.
Я только начал поворачивать свою голову, как он схватил мою правую руку и быстро защёлкнул на неё наручники. Я рванул её к себе, но он успел приковать меня к кровати, а затем отойти к окну.
— Это что ещё блин значит?! — я стал дёргать закованную руку, ошалело уставившись на доктора.
Мужчина зачем-то поднял свой телефон и направил на меня камеру.
