— Просьба твоего дяди. — сказал он каким-то довольным голосом. — Нужно проверить как ты сейчас реагируешь на это.
Как я реагирую?! Я уставился на прикованную руку. Браслет располагался аккурат на месте уже зажившего синяка, но кожа уже начала краснеть, обещая освежить воспоминания.
Я дёрнул снова. Не действует. Тогда я разозлился. КАК Я РЕАГИРУЮ?! Мой взгляд упёрся в врача, а зубы сцепились от злости. Почему я уже в который раз при смерти?! Сколько можно меня избивать?! Чё все смотрят на меня, как на психа последнего?! Какого чёрта моя жизнь то начинает улучшаться, то снова рассыпается в прах?!
Все эти вопросы заставили меня остыть. Я понял, что это было неизбежно. От меня не отстанут, пока я не дам знать, что ко мне лучше не соваться. Либо потому, что я могу всех прикончить, либо потому, что у меня есть власть.
— Ты за всё это заплатишь. — говорю я, не назвав адресата.
Док хмыкает, выключает камеру и начинает что-то делать в своём телефоне.
— Выходит, это ты слил ему мой номер? — спросил я, хоть и не нуждался в ответе. — И сообщал всё, что происходит. Удобно. Врач вхож почти в любое помещение. Дело в белом халатике, который так или иначе запачкан кровью, да?
Док ухмыляется и отрывает глаза от экрана.
— Он передаёт тебе привет.
Несмотря на ускорившийся пульс и вспотевшее тело, я поднял средний палец. Я открыл рот, чтобы передать дяде ответный «тёплый» привет, но дверь в палату распахнулась.
Сначала мне почудилось, что Майкрофт — та же моя галлюцинация или что это было, но когда сзади возникла Стоун и капитан Джек, сомнения в реальности политика развеялись.
— О, наконец-то! — воскликнул я, не контролируя улыбку. — Эй, меня избили ваши ребята. — сказал я тренеру, а затем указал свободной рукой на дока. — А это он сливал инфу Мориарти. Он пристегнул меня этой хернёй и снимал на видео блин.
Трое новоприбывших не могли понять, что вообще происходит. Но спустя пару секунд замешательства Холмс-старший уставился на врача. Тот выглядел совершенно невинно. Ах ты ж блин!
— Парню вкололи какой-то транквилизатор и ударили по голове. — спокойно прояснил ситуацию доктор. — Он ещё не в себе.
Что?! Это же возмутительно!
— Эй! — я стал возмущённо задыхаться. — Я правду говорю! Смотрите! — я потряс рукой с браслетом.
— Он пытался меня ударить и пришлось применить меры. — объяснил врач, засунув руки в карманы халата.
— Твою мать! — ох, как я ненавидел ложные обвинения. — Возьмите его телефон и посмотрите! Он всё снял!
К моему изумлению, врач достал свой телефон и с готовностью протянул его Майкрофту.
— Можете посмотреть. Мне нечего скрывать.
Я раскрыл рот, наконец-то захлебнувшись беспомощностью. Политик же, нахмурившись, взял телефон и стал что-то там смотреть.
— Да он мог всё стереть. — отчаянно выдал я, начав реально беспокоиться. — Но можно ведь проверить по серверам. Майкрофт! — я стал трясти рукой, будто наручник от этого сам спадёт. — Ты мне что, не веришь?
Я в отчаянии уставился на Холмса, который переглянулся со Стоун озадаченными взглядами.
— Это вам не кажется странным? — предпринял ещё одну попытку я. — Или вы всем врачам приказали таскать в халатах по паре браслетов, потому что, мало ли, ведь по коридорам разгуливает Эдвард Мориарти! — последние слова я почти прокричал, так как злость от беспомощности что-либо доказать начала выливаться в мысли о насилии.
Но когда наши с Майкрофтом взгляды встретились, я снова ослабел и беспомощно сдвинул брови.
— Я правду говорю. Майкрофт…
— Мистер Форд, — вся неуверенность и озадаченность политика исчезла. — пожалуйста, задержите мистера Уилсона и отведите его в комнату допросов.
Лицо врача дрогнуло, а я с облегчением выпустил замерший в лёгких воздух.
Тренер схватил начавшего сопротивляться Уилсона.
— Ключ. — требовательно произнёс Холмс.
Капитан Джек порылся в карманах дока и выудил маленький ключик и, отдав его политику, вывел из кабинета коррупционную шлюху.
— А можно мне теперь нормального врача? — негодующе поинтересовался я.
Холмс снова распахнул глаза, замявшись.
— Да, конечно. Миссис Стоун…
— Сейчас. — кивнула психолог и покинула палату.
Я откинулся назад. Холмс подошёл ко мне и принялся возиться с наручниками. Я быстро вернулся в сидячее положение, чтобы быть ближе к политику. Когда моя рука была выпущена на свободу, а оковы закачались держась лишь на одном кольце, я прорвал молчание:
— Я сломал один из мойщиков-роботов. Чтобы выбраться. Меня заперли в кладовке уборщицы.
Майкрофт приподнял брови.
— Не злишься? — улыбнулся я без страха, потому что почувствовал, что мойщик окон волновал Майкрофта сейчас меньше всего.
— Нет. — подтвердил мои ощущения политик. — Я скорее удивлён этому странному способу.
— Ой, — я закатил глаза. — сам же посоветовал.
— Что?
— Э-э-э, — я нервно заулыбался. — да не важно.
Майкрофт стоял рядом со мной, будто ждал, что я сейчас встану, и мы пойдём дальше по делам. Но мы просто ждали врачей.
— Я снова дал этому случиться. — вдруг сказал политик, по привычке отводя взгляд и поджимая губы.
