Молодость может многое полностью

— «Да в любом случае ты меня обманул! А так порядочные люди не поступают! Ты же очень подвёл меня! Хоть бы сказал мне честно раньше, и я бы успел его сделать без тебя сам! А так ты тянул и тянул! Я это, как чувствовал! И мне теперь придётся всё бросить и безвылазно пахать и пахать!» — искренне возмутился Платон, не ожидавший такого от, на данный момент, лучшего друга.

— «Платон, ну, извини меня! Ну, посуди сам: если я тебе этот проект отдам, то я сам его никогда не сделаю, и меня отчислят! Ты же сам знаешь, как я с трудом учусь! А ты сильный, знающий, умный и работоспособный!?» — неуклюже пытался оправдаться Петров, специально льстя Кочету.

— «Ну, как знаешь?! Тебе видней!?» — чуть зловеще сквозь зубы процедил Кочет, брезгливо разворачиваясь и отходя от предателя.

— Ну, Генка, и подлец оказался!? Надо мне с нашей дружбой завязывать! Теперь он от меня не получит никакой помощи и даже мелкого совета, ни шиша и ни гроша! Присосался ко мне, как пиявка, и пользовался моими знаниями и умениями! Точно мама говорила, что многие дружат со мной из корыстных соображений, как с сильным, как с ракетой-носителем, выводящей на орбиту спутники, как в школе дружил Сталев, примазавшись ко мне под мою защиту и пользуясь моей силой и знаниями!? Но внешне я буду теперь к Генке нейтрален, как к пустому месту! Посмотрим, как он без моей помощи выплывет?! — отойдя подальше от Петрова, сам с собой рассуждал Кочет, дав себе установку на будущее.

И уже в совместном пути домой Платон демонстративно подошёл поболтать к Вите Саторкину, оставив Петрова на Веру с Валей. Внешне это выглядело вполне логично. Ведь обычно Заборских с Гуровым, подзуживая друг друга, постоянно смеялись чуть в стороне, и женщинам в собеседники, как правило, доставались поочерёдно или все вместе Кочет, Петров и женатый Саторкин. Теперь же их роль досталась одному Петрову.

— «Ну, что, Петруччо? Тебе тоже обломилось с Платоном?!» — первой высмеяла его Вера Короткова, всегда относившаяся к Геннадию с ехидцей и предубеждением, как к избалованному маменькиному сынку.

— «В каком смысле?».

— «А смысл ты поймёшь позже!».

— «Если успеешь!?» — добавила юмора и Валентина Деревягина.

— «Не понял вас!» — покраснев, встревожился Петров.

— «А чего тут непонятного? Я слышала, как ты Платона подвёл! А он, похоже, предательства никому не прощает, даже любимой девушке, не то, что якобы другу!» — поставила точку принципиальная и прямая Вера.

— «А что, он Фитову уже бросил?! Или она его?!» — спросил Петров, не скрыв своего завистливого злорадства.

— «Да! Было весьма очевидно! Так что ищи теперь себе другого покровителя, кровососик ты наш!» — добила она Петрова, саркастически покровительственно похлопывая субтильного парня по хилому плечику.

Вечером Платон узнал, что в этот же день СССР и ЧССР заключили договор о дружбе, и завершился чемпионат СССР по хоккею с шайбой.

Чемпионом в 15-ый раз стал ЦСКА. Серебро завоевал «Спартак», а бронзу «Химик» (Воскресенск). Московское «Динамо» заняло лишь 5-е место, пропустив вперёд ещё и СКА (Ленинград). Лучшим бомбардиром стал московский армеец Владимир Петров, забросивший 51 шайбу. А ставший любимцем Кочета его ровесник динамовец Александр Мальцев забросил 32 шайбы, оказавшись на 9-ом месте в гонке снайперов. Зато он с Виталием Давыдовом попал в шестёрку «Символической сборной», а ещё с одним ровесником и любимчиком Кочета — динамовцем Валерием Васильевым — в число 34 лучших игроков сезона.

В эти же дни мая сборная СССР по футболу дважды сыграла вничью со сборной Болгарии на её поле: 3:3, в которой первым голом отметился динамовец Геннадий Еврюжихин, и 0:0.

Так что свободным вечером четверга 7 мая Платон разложил на большом столе комнаты лист ватмана и принялся чертить. Теперь ему пришлось временно полностью забыть не только об утреннем футболе по субботам, но и о вечерних прогулках и поездках в выходные на дачу.

А в пятницу в институте Вера вскользь сказала Платону, что тихоня Наташа, подружка Оли, неожиданно обошла её и уже выходит замуж.