– Жители опетского сектора, – начал он речь, – я обращаюсь ко всем народам, населяющим наши миры. На днях произошел ряд событий, который мог поставить наш сектор на грань существования, как свободного и процветающего уголка космоса. В последнее время в центральных кругах Империи Нишитуран наметилась тенденция к нажиму на внутренние дела сектора, а в иных случаях и прямое вмешательство. Все это проводится с одной целью – вернуть Опет и другие системы сектора к нормальному, с точки зрения метрополии, порядку. Совет эфоров, император, многие члены Текрусии и влиятельные герцоги хотят возрождения в нашем секторе рабовладельческой системы, введения кастового гражданства и ревизии многих достижений моего покойного отца. Была осуществлена попытка моей ликвидации и замены руководящего состава некоторых силовых структур. В свете вышеупомянутого, я считаю недопустимым и далее терпеть такое положение вещей. Нишитура не остановится, пример Опета раздражает правящие круги империи и возбуждает волны недовольства своим положением угнетенное население других секторов. Чтобы сохранить политическое и социальное устройство наших миров, я принял на себя ответственность за судьбы народов нашего сектора, ответственность за отделение от империи. В этом решении меня поддержало абсолютное большинство в Вооруженных Силах и в силовых ведомствах. Наши народы жили свободно и должны оставаться таковыми. Я надеюсь, что нашел в ваших сердцах отклик и понимание.
Кагер замолчал и устремил пронзительный взгляд в одну из камер ЦОИК. Его следующие слова излучали уверенность и металл.
– С этого момента я объявляю наш сектор Опетским Королевством, а себя монархом. Отныне жители нашего государства становятся моими подданными. У меня все. Благодарю за внимание.
Передача закончилась. Все находящиеся в студии застыли, словно каменные истуканы. Можно было сказать без преувеличения, что слова Кагера потрясли их до глубины души.
Вслед за его выступлением последовала первая аналитическая программа, в которой ее ведущий начал разъяснять сложившееся положение, причины отделения от империи и многие другие сопутствующие проблемы. За этой аналитической программой последуют другие. Все ведущие – внештатные сотрудники управления пропаганды в ведомстве Шкумата, их усилия должны развеять страхи и сомнения в головах подданных и укрепить уверенность в правоте выбранного Кагером пути.
На шлюпочной площадке вещательной станции Кагера поджидал Шкумат.
– Примите мои поздравления, Ваше Величество.
Кагер улыбнулся и махнул рукой. Жестом он пригласил шефа разведки в свой шлюп.
Летя над вечерним Санктором, оба хранили задумчивое молчание. Первым решил начать разговор Шкумат.
– Все-таки надо было захватить с собой приготовленный текст, Ваше Величество.
– Я не справился с экспромтом?
– Я этого не говорил.
Кагер улыбнулся.
– Выкладывай, Антон, что там у тебя за новость?
– Я нашел способ перетянуть призраки к нам.
Наступило молчание. Кагер печально смотрел в стереоэкран шлюпа, отображавший пригородный космопорт Санктора. Однако их путь лежал в Алартон.
– Я уже начал действовать, – добавил Шкумат.
– Ты старая хитрая бестия, Антон. Умеешь преподнести приятные и неожиданные новости.
– Именно так я преподношу и неприятные новости.
– И неожиданные.
Они тихо рассмеялись.
Кагер достал из внутреннего кармана мундира силовой диск.
– Это тебе. Здесь информация об ассакинах.
Предмет тут же исчез в складках кителя генерала.
– Знаешь, о чем я сегодня думал?
– Не знаю, Ваше Величество.
– Жаль, что ты не телепат.
– Вы думали об этом?
Кагер улыбнулся.
– Не-ет. Я думал, что надо бы произвести некоторое количество повышений. Сгибнев станет маршалом Опета, тебе я дам генерал-полковника, повышу и других. А твою контору не мешало бы переименовать на что-нибудь более солидное – Королевская разведка или Королевская безопасность, например.
– Мне нравится, Ваше Величество. Приму к сведению. Кстати, вы забыли об еще одном повышении.
– Говори.
– Полагается произвести коронацию нашего монарха.
– Это я поручу своему дворцовому распорядителю. Пускай немного поломает себе голову и растрясет жирок.
Консилариум продолжался уже более часа. В зале заседаний царила напряженная атмосфера. Император заслушивал доклады всех эфоров. Улрик IV пребывал в дурном настроении, хотелось рвать и метать, но призвав всю свою выдержку, которая по бытовавшим за пределами империи слухам 'была генетически выведена нишитской расой', он остался внешне невозмутим.
– Выскочка Кагер, жалкий лишенец, – прозвучали холодные слова Улрика. – Безумец, неужели он всерьез рассчитывает победить империю? Он нарушил писаные и неписаные законы, замахнулся на святая святых – Великий Закон Нишитуран. Он жестоко поплатится за свою авантюру.
Эфоры бесстрастно слушали монолог императора, ловили каждое слово и ждали высочайших распоряжений.
Улрик IV обратил свой взгляд на Навукера.
– Генералиссимус, сколько понадобится времени на подготовку к войне с Опетом?
Эфор главнокомандующий встал и застыл по стойке 'смирно'.