Я поставил винтовку в боевое положение и приставил ко лбу "старухи". В её глазах отражалось столько боли и страдания, что я просто не мог поступить иначе. Выстрел. жилистые руки отпустили меня и бездыханное тело сползло на землю. Что ж, теперь на одну треть её страдания уменьшились.
– Чёрт, да уж... – я не знал, что сказать.
– Не бери в голову, Феликс, всё что необходимо, мы сделали. Остальное теперь не наша забота, – пума сочувственно похлопала меня по плечу, – Пойдём, посидим на скале, попьём чаю. Я собой взяла термос и плед. Расскажу тебе что-нибудь весёлое...
– Да, пожалуй мне это сейчас нужнее всего.
Португалия, Воды у острова Пику, 5 февраля 1968 года
Скорость это понятие очень относительное. Есть огромная разница в ощущениях одних и тех же четырёхсот километров в час на самолёте и, допустим, на скоростной реактивной лодке. Последнее куда опаснее и значительно более волнующе. Потому что риски высоки, а в противниках у тебя сама стихия.
Вода только на первый взгляд кажется безопасной средой для таких экспериментов, но чем быстрее ты в неё влетаешь, тем более "прочной" она становится. Уже на двух сотнях километров в час водная гладь становиться подобна бетонной стене. Одно неверное движение или даже неосторожный кивок носом лодки, и всё, ты труп.
Конечно, и на самолётах есть свои риски, но они возникают обычно на куда больших скоростях, когда двигатель несёт тебя по небу быстрее, чем может выдержать корпус или когда ты решаешь быстро уйти в манёвр... В общем, скорость — это всегда риск. Но, порой, другого способа ощутить свободу и вдохнуть полной грудью, не найти. Ничто так не освобождает как блуждание по лезвию ножа, пляски по змеиным головам и заигрывание со смертью.
В прошлом году умер Дональд Кэмбэлл. Это парень знал, что такое скорость. Его отец, Малкольм Кэмбэлл, был настоящим пилотом по духу, а также множественным мировым рекордсменом и на земле, и на воде. Дональд пошёл по его стопам. Он множество раз побивал мировые рекорды скорости, однажды даже сделал это сразу и на воде, и на суше, в один год.
В общем, этот парень знал и что такое свобода. Он множество раз смеялся над смертью, преодолевая пределы человеческого и возносясь выше. Во время одной из таких попыток, на своей скоростной К7, Дональд ошибся и разбился насмерть. В этом же году американец Ли Тейлор забрал его рекорд скорости.
Никто не правит вечно и прогресс нельзя остановить. Нельзя не участвовать в этой гонке за прогрессом, можно либо ей мешать и загонять себя в рамки, как делает Общество, или освободиться и превосходить самого себя, рискуя умереть на первом же крутом повороте.
Конечно, набирать немыслимую скорость куда сложнее, чем стоять на месте. Но и сражаться сложнее, чем раболепно подчиняться. Каждый выбирает свою долю.
Я выбрала акселерацию, она же "ускорение". Не только в плане буквальной жажды скорости или метафорической жизненной позиции со стремлением к независимости. Это ещё и мотив чисто политический: человечеству пора прекратить топтаться на месте. А Мауи, Либеччо и подобным им, пора перестать мешать ускорению и пытаться остановить время. Выходя на гоночный трек, они не остановят болиды, а будут ими раздавлены и размазаны по асфальту.
Наша цивилизация вполне может сбросить с себя ярмо зажатости судьбой, древние условности и бремя закостенелой стратификации. Настала пора бесконечного ускорения прямиком к точке технологической и социальной сингулярности. Конечно, как и в случае с рекордами скорости, всю Землю может ждать уничтожение от одного неосторожного движения. Однако, если человечество ошибётся, то оно вполне будет заслуживать свой крах.
Ни к чему жалеть и тех, кто останется за бортом прогресса. Они сделали свой выбор. А мы сделали свой.
Трамонтана, например, исключительно труслива, чтобы что-то менять. Но она же и достаточно опасна, чтобы помешать избавиться от децелераторов Мауи и Венега. А потому нельзя приниматься за них, прежде чем мы не разберёмся с Монти.
Я ждала её в водах у острова Пику, сидя на корпусе военной версии кэмбэлловского К7. Да, военная наука часто использует гражданские изобретения "по-особенному". Британцы вот разработали малую серию сверхбыстрых реактивных катеров для MI6 на основе лодки-рекордсмена. Да, она утяжелена двумя встроенными пушками и турельным пулемётом, так что от силы берёт на воде двести пятьдесят километров. Но и это, всё-таки, немало. Тем более, что дополнительный вес стабилизировал лодку и даже по не спокойным водам океана плавать скорее в удовольствие, чем в испытание.