— От чая — это серьезно. — Я чуть сдвинул брови, разглядев сначала знакомый темно-синий автомобиль у гридницы, а потом и его обладателя, скучающего на крыльце. — Ну, раз пожаловал — пойду поздороваюсь. Не просто ж так его сиятельство из Орешка ехал… Вулкан, ко мне!
Огневолк тут же встрепенулся и, сыпанув искрами, спрыгнул из кузова на землю. И засвидетельствовать мое почтение государеву человеку мы направились уже вместе. Наверняка Орлов желал побеседовать с глазу на глаза, но вряд ли два мохнатых уха Вулкана могли считаться лишними.
Если бы не машина, я, пожалуй, и вовсе не узнал бы столичного графа с такого расстояния. Видимо, Пограничье уже успело наложить на его сиятельство свой отпечаток, и для визита в Гром-камень Орлов выбрал не черный мундир и даже не штатское, а тяжелые ботинки, видавшие виды камуфляжные штаны и куртку с вытертыми локтями, которая скорее подошла бы неудачливому искателю, чем чину из Тайной канцелярии — да еще и не из последних.
Впрочем, сейчас Орлов и правда куда больше напоминал вольного бродягу из Тайги, чем столичного франта — похудел, осунулся и успел зарасти чуть ли не недельной щетиной, в которой черных и седых волос было примерно поровну.
— Огневолк? — усмехнулся он, спускаясь с крыльца мне навстречу. — Да уж, в умении эффектно появиться вам уже точно не откажешь.
— Не мне одному. — Я пожал плечами. — Не ожидал, что мы встретимся так скоро, Павел Валентинович. Разве дело, которые вы расследовали на Пограничье, не закрыто?
— Закрыто, — кивнул Орлов. — Однако у его величества еще остались вопросы. И я намерен оставаться здесь, пока не отыщу все ответы на них.
— Полагаю, государя интересует, что здесь творится. Отлично его понимаю. — Я постарался, чтобы мои слова хотя бы не сочились ехидством. — Меня тоже — в высшей степени. И я тоже желаю выяснить, что именно происходит вокруг.
— А вы не знаете? — Орлов приподнял бровь. — Или стрельба у лесопилки в вотчине Горчаковых обошлась без вашего участия?
Уже знает. Точнее, знал еще до того, как колонна из двух автомобилей, груженых моими боевыми трофеями, поднялась к Гром-камню. Я мог только догадываться, какие источники у его сиятельства, но работали они проворнее некуда.
Пожалуй, даже чуть быстрее телефонной связи.
— Стрельба? Да, припоминаю что-то такое. Вам скорее бы стоило обратиться с вопросами почтенному Ольгерду Святославовичу. — Я обернулся и кивнул в сторону Ижоры. — Впрочем, он наверняка сказал бы вам тоже, что скажу я: князь вправе сам вершить суд на своих землях.
— В соответствии с государевым законом, — напомнил Орлов, ухмыльнувшись. — И какой же суд совершили вы, Игорь Данилович?
— Честный и справедливый, — невозмутимо ответил я. — На который никто не посмеет жаловаться. Иными словами, нам с Ольгердом Святославовичем пришлось разобраться своими силами — раз уж государь, как вы в свое время заметили, не имеет никакой возможности нам помочь.
— Увы, — вздохнул Орлов. — Однако я все же желаю разобраться…
— Тогда займитесь вольниками, Павел Валентинович.
Я вдруг почувствовал, что начинаю уставать от этого разговора. Может, и важного, однако почти лишенного смысла — раз уж столичный канцелярист решил выпытывать что-то у меня. Вместо того, чтобы взять Зубовых за жабры и тряхнуть как следует.
— Займитесь вольниками! — повторил я. — И там бардаком, который творится за рекой. Вы не хуже меня знаете, кто подстроил налет на лесопилку. И чьи уши торчат из любой грязной истории, которая случается на Пограничье. Каждая собака здесь слышала, что Зубовы скупают добычу искателей. — Я достал из кармана сине-желтый шеврон с черной птицей. — Однако свидетелей вы не найдете, и на суде любой будет молчать, как рыба. Его сиятельство Николай Платонович держит за горло всех, от самого нищего вольника до градоначальника в Орешке.
Пожалуй, я уже наговорил лишнего, но останавливаться почему-то не хотелось. Моя злость передалась и Вулкану, и он тут же поджал уши и сердито заворчал, явно примериваясь, как бы половчее отгрызть его сиятельству какие-нибудь лишние части тела.
— Хватит, — поморщился Орлов. — Я здесь уж точно не для того, чтобы выслушивать жалобы на соседей.
— Охотно верю. — Я не без труда подавил желание взять канцеляриста за шиворот и засунуть в багажник его собственной машины. — Поэтому я, собственно, и не жалуюсь. И уж если вы на самом деле не собираетесь заниматься всем этим — я займусь сам. Просто не мешайте мне, Павел Валентинович.
— Я и не собирался. — Орлов развел руками. — Напротив — моя работа скорее поможет вам и вашему роду.
— И каким же образом?
— Избавит от врагов… возможно. Конечно, лишь в том случае, если я сумею узнать достаточно про то, чем занимаются Зубовы.
— Это не так уж сложно сделать, — усмехнулся я. — Не знаю, какие доказательства нужны Тайной канцелярии…
— Самые разные. Но, должен признаться, нас мало интересуют такие мелочи, как скупка оленьих рогов или намытого в Тайге золота. — Орлов огляделся по сторонам и закончил уже вполголоса: — К сожалению, есть еще кое-что…
