Что Туполев! Из ближайших друзей Ленина ни одного в конце концов не осталось достаточно преданного Ленину и партии, кроме Сталина. И Сталина Ленин критиковал. Теперь, когда Туполев в славе, — это одно, а тогда ведь интеллигенция отрицательно относилась к советской власти! Вот тут надо найти способ, как этим делом овладеть. Туполевых посадили за решетку, чекистам приказали: обеспечивайте их самыми лучшими условиями, кормите пирожными, всем, чем только можно, но не выпускайте! Пускай работают, конструируют нужные стране военные вещи. Это нужнейшие люди. Не пропагандой, а своим личным влия-
нием они опасны. И не считаться с тем, что в трудный момент они могли стать особенно опасны, тоже нельзя. Без этого в политике не обойдешься. Своими руками они коммунизм не смогут построить».
Туполева Молотов подозревал в том, что он был связан с эмигрантскими комитетами во Франции и Германии.
Надо признать, что Сталин и Молотов блестяще справились с этой непростой задачей — запугиванием и приручением интеллигенции. Тех из интеллигентов, которых сочли особо опасными, расстреляли, менее опасных отправили в лагеря, а тех, которым не доверяли, но от услуг которых нельзя было отказаться, в частности конструкторов вооружений и военной техники, посадили в «шарашки» — специальные тюремные НИИ и КБ в системе НКВД, где ученые и конструкторы ударным трудом могли заслужить себе прощение и возвращение утраченных материальных благ и публичной славы. Кроме того, отрыв от семьи и полная закрытость «шарашек» гарантировали секретность военных разработок.
Касаясь в беседе с Феликсом Чуевым культа личности Сталина (не в хрущевском понимании, как эвфемизма репрессий, а в общепринятом — как возвеличивания фигуры вождя), Молотов заявил, что Иосиф Виссарионович сначала «боролся со своим культом, а потом понравилось немножко...». Со своим же собственным культом, разумеется гораздо меньшего размера, Молотов даже не пробовал бороться, поскольку этот культ исходил от Сталина, строго дозировавшего уровень славословий в адрес всех членов Политбюро. Спорить же с вождем Молотов опасался — вдруг за этой скромностью Молотова Сталин заподозрит скрытое неодобрение своего, сталинского, культа.
Во время Великой Чистки Молотов удостоился и своего покушения, будто бы совершенного на него «врагами народа». В сентябре 1934 года он предпринял поездку по промышленным и горнорудным районам Сибири. Вот что пишет об этом случае историк Николай Зенькович:
