– Надеюсь, ты сдохнешь в этом Лесу, – сказал Бурлидо, тоже тихо, тоже мило улыбаясь, крестя Альфонсо и брызгая на него святой водой.
– Двадцать семь тамплей Вы не досчитаетесь, Ваше высокопреосвященство, – не удержался Альфонсо (должны же быть хоть когда то светлые моменты в жизни) и поцеловал старую, сморщенную руку.
Скрипя сердцем, Лилия нацепила мужские «лохмотья», но все свои обновки, со словами: «Я что, как чучело в свою деревню приду» сложила в мешок, который и привязали к спине лямками из веревок, и на этот метод переноски вещей солдаты смотрели с удивлением и одобрением. Никто из солдат не имел опыта хождения по Лесу, поскольку ходить по Лесу было запрещено религией, но, если очень хотелось царю, то религия могла немножечко подвинуться; никто не знал, как одеваться и какое брать оружие, по этому каждый взял что- то на свое усмотрение. Они нарядились в синие, мешковатые бархатные куртки и штаны, посчитав, что демоны и ведьмы боятся бархата и синего цвета. Альфонсо, Тупое Рыло и Лилия, одетые в черные кожаные куртки и черные же кожаные штаны (благородно одолженные у короля), смотрели на новоиспеченных ходоков скептически.
До Леса пошли пешком – благо, нужно было всего то перейти через дорогу. Проблему с земляными змеями решили радикально: залили смолой большой участок травы и подожгли заранее, отчего сейчас ловцы волка шли по выжженной земле. Лилия, увидев такую разруху, покачала головой; не смотря на все старания скрыть свои эмоции, на лице ее поселилась радостная улыбка, сменившая грусть от прощания с «дядей Ваней», а сердце билось так сильно, что, казалось, мотается голова. Тупое рыло непрестанно молился и держался за огромный, медный крест, без которого отказался даже приближаться к Лесу. Остальные двадцать воинов шли озираясь по сторонам, кто-то из них явно вел борьбу со своими страхами, и не страхами смерти, к которым они привыкли на поле боя, а страхами потери души. Кто то шел с любопытством рассматривая проклятое место. Кто-то бесстрашный, читай, глупый, первым дошел до кустов шиповника, не нашел ничего лучше, чем подергать за перезрелый шип. Альфонсо услышал щелчок и рухнул в землю еще до того, как понял, что услышал. Рядом брякнулась, матюкнувшись, Лилия, упали еще пятеро солдат. Из них поднялись трое.
– Это что за чертовщина! – воскликнул кто-то. Одному солдату шип попал в глаз, прошел через весь мозг и застрял в черепе в затылке, показав кончик наружу. Второй корчился на земле, утыканный шипами, как ежик, но потом затих, окончательно превратившись в пищу для растения.
– Внимательно смотрите, куда идете и за что дергаете! – недовольно крикнул Альфонсо. Черный пес выслеживает его, не давая возможности пройти к домику, и если останется мало народу, волка нечем будет отвлечь от себя, пока Альфонсо сможет сбежать. Еще и с ведьмой.
– Как скажете, Ваше превосходительство, – откликнулся старший, и тут же кто-то в отряде дико заорал – это орал один из солдат глядя на свою ногу, которую жевал подземный червь. Он уже перекусил мясо, и теперь ломал кость –долго, поскольку был маленьким и слабым. Смачный хруст кости, и солдат отполз, кровоточа культей, испуская разнообразные дикие крики и звуки, захлебываясь и визжа.
– Лекарь!– крикнул один из солдат, – сюда, быстрее. Что делать?
– Добейте, – ответила Лилия, пожав плечами. Потом она спохватилась, и проговорила, уже голосом, который она посчитала за мужской:
– Можете перетянуть рану портянкой, и вытащить подальше из Леса, только он все равно кони двинет от гангрены.
– Ты, травник чертов, сделай что-нибудь!! – заорал другой солдат и кинулся было на Лилию, еще и меч вытащил. На половине пути он вдруг упал: Альфонсо извернулся и ударил его палкой по голове, отчего по всему Лесу раздался треск, согнавший любопытных птиц с ближайших деревьев.
– Успокоились, все, – зарычал он. – Вы в Лесу, здесь свои законы, и нужно идти быстро, тихо, очень осторожно и быть все время на чеку, а то вы все до волка передохнете! Можете тащить раненного, если нет мозгов, рискуя своими жизнями до того момента, пока он все равно не умрет.
А еще, здесь каждый сам за себя, – подумал Альфонсо, но вслух этого не сказал.
К счастью, солдат без ноги быстро умер, сделав возникший по его поводу конфликт безосновательным; его наскоро присыпали листьями –похоронили, и двинулись дальше удрученные неудачным началом охоты, зато напряженные и внимательные.
Альфонсо не знал, как кого зовут, да и знать не хотел, по этому мысленно называл людей по особенностям одежды или оружия, или выдающимся личным качествам.
Поскольку в Лес ходоки зашли не в точке входа, расположение которой Альфонсо открывать кому попало не хотел, то и участок Леса, по которому они шли, был ему не знаком. Следовало быть предельно внимательным и полагаться на везение, которое могло сделать этот участок легким для прохождения. Могло, но не сделало: экспедиция охотников уперлась именно туда, куда меньше всего хотелось бы упираться – в заросли липких деревьев.
– Долго мы еще будем идти? – задал резонный вопрос Черный плащ.
