— Тост! За самого великого императора России! За Николая Годунова! Да будет он править и здравствовать еще тысячу лет!
— Ура! Ура! — громогласный хор громом грянул со всех столов. — Слава Годуновым! Слава!
Все подскочили и осушили свои кубки до дна. Вновь грянула музыка. Снова колоколом зазвучал смех. Праздник вернулся в привычное русло.
Каждый норовил ко мне подойти, каждый стремился выпить с десницей. Это было утомительно. Анастасия сочувствующим взором поглядывала на меня и, наверняка, сильно удивлялась тому, почему я все еще был на ногах. Я никого не оскорбил отказом. Глядя на всё это, мой дед продолжал приговаривать: «Моя кровь! Истинно моя кровь!»
Никто не знал, что моя Власть работала на полную катушку, напрягая печень и почки, выводя токсины и яды из организма.
Ведь отравителей тоже хватало. Я всех запомнил. Это были мелкие сошки. Скорее всего, они являлись бывшими прихвостнями Нарышкиных. Но настроения марать о них руки сейчас не было. Их удивленные лица меня откровенно забавляли. Эти неудачники тут же ссылались на срочные дела и покидали пир под грозным взглядом императора. Я не сомневался, что тайная канцелярия его Величества заинтересуется «беглецами».
Из всех приглашенных великих родов отсутствовал только один. Дом Голицыных ссылался на траур. У патриарха семейства недавно скончался сын. Я слишком долго жил и правил, чтобы считать это совпадением. Но это были дела будущих дней. Сейчас же мне хотелось расслабиться и пуститься в пляс! Ничто человеческое не чудо Монарху!
После очередного тоста я схватил Анастасию за руку и повел ее в центр зала. Играла веселая мелодия. Мы быстро поймали ритм и вдохновили остальных гостей на игривые танцы.
Я чувствовал, как дух Мирры пробуждался в Анастасии ото сна. Мое сердце ликовало. Ведь Абсолютное зрение указывало на то, что моя возлюбленная окончательно очнется через несколько лет. И то… Если я не буду ускорять этот процесс. Было ли это аморально по отношению к принцессе? Возможно… Но так скажет только тот, кто никогда по-настоящему не любил. Сознание Анастасии не угаснет. Их разумы синхронизируются в одно целое.
Этот вечер заставлял меня искренне улыбаться. Я вновь чувствовал себя живым. И даже, когда танец подошел к концу, и к нам с принцессой подошла Алина Шинская, я не дрогнул.
Девушка сверкнула белоснежной улыбкой: она навсегда избавилась от брекетов. Ее белоснежные волосы первозданным светом стекали по хрупким плечикам.
— Поздравляю вас с помолвкой, мои драгоценные! Искренне! От всего сердца!
— Правда? — спросил я.
— Правда, Глеб. — Алина застенчиво опустила взгляд. — Настя — моя единственная подруга. И я желаю ей только счастья. А с тобой у нас все равно ничего бы не получилось…
— Я так благодарна тебе, родная. — принцесса обняла Шинскую и поцеловала ее в щечку. — За всё благодарна!
— Глеб Ярославович! — отвлек меня от беседы с дамами смутно знакомый голос. Я повернулся и увидел перед собой Игната Вячеславовича. Он щеголял в парадном мундире, украшенном высшей государственной наградой. Я выгнул дугой бровь.
— Хлестаков Игнат Вячеславович — главный армейский ревизор, вашими стараниями! — поспешил представиться мужчина, думая, что я про него совсем забыл.
— Недавно назначенный генерал-майор. Как ваши успехи?
— Не знаю, можно ли назвать это успехом, но мной закончена проверка военных частей Подмосковья. Спешу доложить, что в каждой были выявлены следы военных преступлений, а именно воровство. Случись так, что война с Польшей бы продолжилась, перед нами бы встала огромная проблема со снабжением армии.
— Виновные выявлены?
— Так точно. Каждый причастный, как и было приказано, получил высшую меру. Подробный отчет по каждой проверке официально оформлен и направлен вам.
— Подкупать пытались? — слегка улыбнувшись, спросил я.
— В каждой части. — усмехнулся Хлестаков. — Все бы им деньгами мерить. А как же жизни наших ребят? В любом случае каждому из инициаторов подкупа я добавлял баллы к мере наказания.
— Отличная работа, Игнат Вячеславович! — поблагодарил я военного. — Продолжайте в том же духе, и наша страна будет готова к любым вызовам!
— Служу империи! — козырнул военный и направился в глубину зала.
Смотря в след уходящему генералу, я испытывал чувство гордости. Он напоминал мне о соратниках, оставшихся в прошлой жизни. Собираясь вернуться к разговору с дамами, я вновь был потревожен.
— Глеб Ярославович, приветствую. Должен сказать, прекрасная вышла битва! Мое почтение.
Обернувшись в сторону говорившего, я увидел перед собой поджарого мужчину с сединой на висках. Тем не менее стариком его назвать язык не поворачивался.
— Добрый вечер, благодарю за теплые слова. Мы с вами знакомы?
— Пока нет, но думаю мы легко исправим это недоразумение! — тепло улыбнувшись, продолжил незнакомец. — Анаксандер — Верховный глава Ордена Зверя!
Сам Верховный глава Ордена Зверя? Человек, стоявший передо мной, обладал властью не меньшей, если не большей, чем любой император! Отделения ордена раскинули свою сеть по всему миру, имея представительства в каждой стране.
