– Ты! Стоять!
Ударом автомата в спину его отшвырнули к стене, заломили руки и, расставив ноги на ширину плеч, принялись обыскивать, осыпая ударами. Полицейских было много. Он слышал их голоса, перекликающиеся из разных концов квартиры, слышал, как кто-то громко крикнул:
– Здесь больше никого нет!
Рывком его развернули лицом в комнату, и тогда он увидел тех двоих, что были у него в гостинице. Лицо пожилого кривила ехидная улыбка.
– Вот так сюрприз! Заезжий псих собственной персоной! Что, не успел сбежать?
– Я не собирался бежать.
Его голос прозвучал достаточно твердо (для данных обстоятельств) и даже в лицо полицейскому он смотрел решительно и зло. Пожилой, порывшись в его карманах, достал документы, внимательно прочитал, спрятал у себя:
– Что ты здесь делал?
На этот вопрос он предпочел промолчать. Пожилой злобно рявкнул:
– Что ты здесь делал?!
– Я не обязан отвечать!
– Нет, ублюдок, обязан! Тебя взяли с трупом на руках, и если я спрашиваю, что ты тут делал, ты будешь мне отвечать!
Размахнувшись, ударил его по лицу. Из разбитой губы закапала кровь. Он не сдвинулся с места, даже не попытался уклониться или как-то ответить на удар. Просто стоял и молча смотрел, а кровь из разбитой губы скатывалась по подбородку и текла вниз… В глазах пожилого мелькнуло что-то, похожее на удивление. Мелькнуло и так же быстро исчезло. Он сделал еле заметный знак двоим подчиненным. Те схватили за руки и подтащили к трупу. Пожилой медленно шел за ними. Над трупом (еще не спрятанным в черный мешок) колдовали эксперты.
– Ты его знаешь? – голос пожилого звучал ровно.
– Я не могу увидеть его лицо, – он постарался говорить так же.
– Покажите ему… (не сдержавшись, хмыкнул) лицо!
Один из экспертов поднес к нему совсем близко – уже упакованное в белый пластиковый пакет…. Голова. Черты, искаженные ужасом… Изрезанная крестами кожа. Несмотря на ужас, он внимательно смотрел и смотрел.
– Ты его знаешь?
– Знаю… – с трудом облизал пересохшие губы.
– Кто это?
– Водитель туристического автобуса. Того самого, который потерпел аварию в лесу. Я был в числе пассажиров.
– Что ты делал в его квартире?
– Я не знал, что это его квартира!
– А чья?
– Молодой женщины-сотрудницы университета. Она американка.
Кивком головы пожилой полицейский велел его отпустить. «Стражники» быстро оставили его в покое и отошли в сторону. Теперь он спокойно стоял рядом со своим мучителем.
– И зачем ты шел в квартиру к этой женщине?
– За книгой.
Запрокинув голову, пожилой грубо захохотал.
– Ублюдок! Другим будешь лапшу на уши вешать! Что за баба? Уличная проститутка?
– Послушайте, я не знаю, чья это квартира! Когда я сюда вошел, этот человек был уже мертв!
– Слушай, ты, придурок! Думаешь, я поверю, что ты пришел, чтобы встретиться с какой-то иностранкой в квартире больного мужика после аварии, который не выползал из постели? Видишь, как он одет? Кто-то вытащил его из постели, в спальне отрезал голову, а затем положил сюда! В спальне лужа крови. И ты держишь меня за последнего идиота? Зачем ты отрезал ему голову? Зачем вырезал на теле эти дурацкие кресты? Зачем нарисовал кровью кресты на стенах?
– Я не делал всего этого! Я его не убивал!
– И ты думаешь, я в это поверю?
– Нет. Я думаю, вы в это не поверите.
– Правильно! – удовлетворенно кивнул головой, – тогда давай говорить разумно! Что ты делал в его квартире? Ты давно следил за ним?
Он подумал, что это конец, потом оглянулся и понял, что не совсем. Отступил на несколько шагов назад…
– Ладно, слушайте. Я все расскажу.
Пожилой расслабился, и на его лице появилось выражение хищного удовлетворения… Изогнувшись всем телом, в акробатическом прыжке (о котором давно умудрился забыть) он вылетел прямо в окно, разбив стекло и осыпав себя фонтаном колючих брызг. За спиной все смешалось: истерические вопли пожилого «стреляйте в него! Стреляйте, ублюдки!», грохот выстрелов, шум переворачиваемой мебели, автоматные очереди…. Выпрыгнув в окно, он повис на водосточной трубе, потом с кошачьей ловкостью вскарабкался на крышу, помчался изо всех сил, перепрыгнул на соседнюю… Еще и еще… спрыгнул в какой-то маленький внутренний дворик – и понял, что избавился от преследований. Отряхнул куртку, брюки, вытер с лица кровь. Выйдя на улицу, быстро остановил такси.
Огромные больничные корпуса выглядели безжизненными и пустыми. Но это было не так. В них бурлила жизнь. Именно поэтому его появление прошло незамеченным. Вызвав в приемном покое своего знакомого врача, он уселся в кресло и стал ждать. Мимо, не обращая на него никакого внимания, сновали люди. Он расслабился – вытянул ноги и прислонился к стене…
