- Думаю только кто-то из слуг. Вряд ли они болтали об этом. Палиор не желал, чтобы его, хм, пристрастия обсуждались на каждом углу.
- Еще вина?
- Да, не помешает.
- Я принесу со стола.
Их кувшин опустел, поэтому Дарлан, слава богам, нашел повод стать с софы. Нужно было заканчивать этот фарс, потребовать у Феоралии ответа о своей дальнейшей судьбе и уходить, тем более Таннет, скорее всего, уже заволновался, куда же опять запропастился монетчик. Но королева, как назло, будто бы сознательно избегала этого вопроса.
Плевать, Дарлан отбросил все опасения в сторону. Взяв со стола полный кувшин, он обернулся, чтобы твердо попросить ее величество закончить его мучения. Обернулся и обомлел. Феоралия успела распустить свои потрясающие волосы и снять с себя платье. Ее обнаженное тело в отблесках беснующегося в камине огня выглядело нереальным, будто слепленным самой Аэстас, спустившейся в этот зал.
Королева улыбалась, чуть приподняв подбородок.
- Я уже давно вынесла тебе приговор, мастер Дарлан, - произнесла она с такой интонацией, что монетчик сразу же ощутил, что вдруг угодил в центр пожара. – Ты волен уйти прямо сейчас, если захочешь, а можешь остаться. Хотя бы на ночь.
Не отрываясь, Дарлан смотрел на прекрасную в своей наготе Феоралию, и внезапно понял, что пора ему перестать играть с огнем. Но не сегодня. Прости Таннет, но похоже до утра отсюда мы никуда не уедем.
Расстегивая пуговицы, монетчик зашагал к королеве.
Они не уехали из Зимнего города ни утром, ни днем, ни вечером. По правде, Дарлан даже не заметил, как пролетело время. Только к ночи ему не без труда удалось вырваться из страстных объятий королевы Алгерты, да и то, когда она крепко уснула с улыбкой на устах. Сообщив страже, что собирается прогуляться перед сном, монетчик, наконец, вырвался из резиденции. Снаружи правила бал звездная ночь – черные небеса будто усеивали мириады свет-кристаллов. Пока Дарлан через тихие улицы пешком направлялся к постоялому двору, где снимали комнаты Таннет с Ивором, в его мыслях гремела самая настоящая битва. Его разум настойчиво требовал, чтобы он немедленно вернулся в замок за Монетой. Пора двигаться дальше, Дарлан. Ты сам видел, как на тебя смотрят подданные королевы, прекрасно ведающие, что происходит в ее спальне. Если задержишься возле Феоралии дольше, чем следует, к чему это приведет? Кто-то, имеющий виды на то, чтобы стать мужем прекрасной вдовы, однажды может втянуть тебя в опасное противостояние. Подумай об этом! Неужели урок, полученный в Фаргенете, прошел даром? Конечно же, не прошел, но вот сердце монетчика вкрадчиво шептало ему, что все-таки следовало остаться здесь. Плевать, что думают другие, когда тебя волновали чьи-то пересуды в последний раз? Тем более твоя королева объявила Монетный двор вне закона, значит, теперь тебе необязательно куда-то все время спешить. Магистры не станут лезть на рожон, пытаясь достать тебя в этих краях, их репутация сильно пострадала из-за убийства Палиора, а чудовищ на ваш с Таннетом век и в Алгерте хватит. Всевышние боги! Каждая из этих мыслей представлялась Дарлану одновременно стоящей и беспросветно глупой. Он вдруг почувствовал себя вновь неуверенным мальчишкой, который когда-то боялся войти в реку. Весь его жизненный опыт внезапно скукожился, превратился в дрожащий огонек свечи в маленьком каганце. Монетчику было бы сейчас проще выйти на бой с чудовищем, чем выбрать, что делать дальше. Вот чего он точно от себя не ожидал, так этого.
«Первый акт» оказался каменным двухэтажным зданием с плоской крышей, на которой высилась статуя человека в театральной маске. Несмотря на поздний час, из щелей между ставнями окон общего зала лился мягкий свет, словно маня случайного путника войти внутрь. Не мешкая, Дарлан так и поступил. В помещении было хорошо натоплено, очаг на ночь не погасили. Под потолком монетчик заметил свет-кристалл, заключенный в стеклянный шар, – хозяин заведения хорошо потратился. Зал был пуст, не считая стола в углу, где в кости играло трое молодых парней. Они даже не подняли взгляда на монетчика, так увлекала их игра, но он все равно не стал снимать капюшон, чтобы не быть слишком заметным. Из темного проема в стене появился владелец постоялого двора – седой, крепкий мужик с щетиной на квадратном подбородке.
- Добро пожаловать в «Первый акт»! – нараспев провозгласил он отлично поставленным басом. Похоже, бывший актер. Поменял сцену на трактир, но искусство по-прежнему в крови.
- Благодарю, - кивнул Дарлан. – Хорошо тут у вас.
- Кухня закрыта до утра, но могу предложить достойную комнату за умеренную плату.
- Я ищу друга - Таннета, он остановился здесь.
- Ах, - разочарованно вздохнул хозяин. – Жаль. То есть, прошу прощения, жаль, что вы лишаете себя удовольствия утром увидеть небольшое представление перед завтраком. Ваш друг занимает комнату на втором этаже. Конец коридора по правую руку.
Поднявшись по прочной лестнице наверх, Дарлан быстро отыскал нужную дверь. Он постучал.
- Кто? – голос иллюзиониста звучал бодро, значит, не спал.
- А кого ты ждешь кроме меня?
