Не дожидаясь ответа, старый колоброд, опустив голову, пошел к табору. Дарлан и Таннет переглянулись. Они не промолвили ни слова, да и зачем, когда каждый молча понял, что был бы не прочь выполнить просьбу сломленного горем отца.
Проехав пару миль вдоль леса на север, охотники свернули по бездорожью к широкой ложбине между двумя холмами. Пологий холм по левую руку желтел пижмой, щедро разросшейся на нем, правый же белел ромашками словно волшебным снегом, которому нипочем яркое солнце, плывущее по синеве. Зеленая трава вокруг полнилась жизнью: стрекотали кузнечики, жужжали пчелы, под копытами лошадей юркали шустрые ящерицы. Витающие в воздухе ароматы цветов приятно щекотали ноздри. Весенние пейзажи княжества Лирнхольм радовали глаз, хотя эту радость и омрачали события, выпавшие на долю несчастных колобродов. Как обычно насвистывая, Таннет ехал на своей вороной кобыле, которую прикупил с месяц назад. С предыдущей он легко расстался, а когда монетчик поинтересовался, чем она ему не угодила, иллюзионист, закатив глаза, сказал, что ему просто надоело ездить на одной и той же. Дарлан был верхом на Монете, той самой, что купил в Балтроне. Ее он считал полноценным членом их маленького ордена истребителей чудовищ, даже крайняя нужда не заставила бы его избавиться от лошади.
- Все равно едем в Стармост? – спросил Таннет, широко зевая. – Камни я отдал Керану, что нам теперь ловить в городе?
- Едем, вдруг попадется заказ, - ответил Дарлан. Он был рад поговорить сейчас, так было проще отвлечься от дум про разбойников. – К тому же я не прочь пару ночей провести на кровати.
- Хм, мне кажется наши разумы поменялись местами.
- Если я не жалуюсь на ночевки под открытым небом, это еще не значит, что я бы не хотел чуть-чуть комфорта. Да и посмотри на себя, горяча ванна тебе нужна как никогда.
- И то верно. – Таннет скривил лицо. – Я уже и забыл, что чумазый будто уголь копал.
- Заодно прикупи тебе штаны.
- В Стармост так в Стармост. На том постоялом дворе я слышал, что городу хорошо досталось от мятежников. Самое многочисленное сражение за эту войну было. Вроде как нападавшие стену проломили даже, тут бы городу и пасть, но вовремя подоспела княжеская подмога. Мятежников взяли в клещи, восставшего барона убили, а остатки его войска разбежались. – Маг сплюнул в сторону. – Теперь вот и бегают тут, сволочи. Ну ничего, постоянно прятаться по лесам да полям они не сумеют.
- Что там за обряд колобродов, о котором ты говорил с Кераном? – полюбопытствовал монетчик.
- А подробностей в книге не было. Все что знал, я сказал.
- Зачем ты вообще читал про них? Ни разу не замечал, чтобы ты хоть как-то проявлял интерес к странникам вечного пути.
- Я ж тебе давно объяснял, что в академии был книжным червем, что под руку попадалось, то и проглатывал. Бывало, от заката до рассвета шелестел страницами, а потом клевал носом на лекциях. Романы, пьесы, справочники, энциклопедии, сборники пошлых историй. А хочешь расскажу, как урсалы большую нужду справляют? Попался мне любопытный трактат на эту тему, - Таннет с серьезным лицом повернулся к Дарлану.
- О нет, - рассмеялся монетчик. – Пожалуй, обойдусь без этих ценнейших знаний.
- Ты только послушай! Нужно выбрать куст…
- Таннет!
- Ладно, экий ты привередливый. Про обряд колобродов он хочет внимать, а про урсалов нет. Между прочим, у нас знакомый среди них есть. Слушай, а что, если мне тоже что-нибудь написать? Ну какой-нибудь краткий пересказ наших приключений?
- А ты сумеешь? – спросил Дарлан.
- Наверное, нет, - сконфуженно проронил иллюзионист. – Пытался когда-то сочинять стихи, слава богам, что быстро бросил.
Таннет впервые за долгое время разговорился о прошлом. Он редко рассказывал что-то об обучении в магической академии, а о своей семье за год их знакомства с монетчиком и слова ни разу не проронил. Дарлан относился к этому с пониманием, не находя ничего странного в том, что его друг не делился подробностями жизни до их встречи, поэтому не лез к нему в душу. В конце концов, если Таннет захочет, он поведает однажды всю свою биографию с пеленок. Сам монетчик тоже не любил ворошить то, что осталось позади. Детские переживания, предательский поступок отца до сих пор покрывали шрамами его сердце. Может, и у Таннета было нечто, о чем бы он предпочел забыть навсегда.
Клонившееся к горизонту солнце, позолотило цвета вокруг. Предзакатная пора ласкала взор. Миновав тянущиеся холмы, всадники оказались на лугу, с которого впереди хорошо различалась широкая дорога с мерными столбами, выкрашенными в черно-белое. Наезженный тракт был удивительно пуст для этого часа. Тоже последствия мятежа? Огибая очередной лесок, тракт убегал дальше, чтобы где-то в дали упереться в ворота Стармоста. Добравшись до дороги, иллюзионист провозгласил:
- С возвращением к цивилизации! Твоя долгожданная постель уже томится в ожидании, дружище.
- Так говоришь, будто сам бы сейчас не запрыгнул на добротную кровать.
- Поищи дурака в другом месте!
- Смотри-ка. – Дарлан заметил на ближайшем полосатом столбе прибитую табличку с надписью, начертанной углем.
