- Дайте на секунду. Несколько строк. Несколько строк и ничего более, но эти строки дадут ему силу, он воспрянет духом. Я совершенно уверена, что как только он прочитает их… – Она вырвала карандаш из рук офицера, быстро написала несколько коротких строк, сложила пополам бумагу, все также с нежностью легкой боязни сжимая руку, которая отказывалась брать записку, пока она умоляла: – Я знаю, вы придумаете способ, чтобы Хуан прочел это раньше, чем начнет давать показания. Знаю, вы сделаете то, о чем я попросила вас…
- Если вы так настойчивы… Но правда в том, что я… я… – запинался смущенный офицер.
- Вы навсегда получите мою благодарность, – настаивала Айме вызывающе. – Навсегда и в любом месте вы приобрели в лице меня подругу… Подругу для всего… Поверьте, офицер… Ваше имя…?
- Чарльз… Чарльз Бриттон, к вашим услугам… Но… – Он задержался на секунду и с оживленным интересом спросил: – А вы, сеньорита? Могу ли я узнать ваше имя, чтобы запомнить его?
- Скоро узнаете… Доверюсь вашему благородству… Доверюсь вашему слову, которое может стоить мне жизни. Запомните меня как женщину, отдавшую кровь ради Хуана Дьявола!
15.
- У вас есть доказательства в свою защиту, обвиняемый? – спросил председатель суда.
- Ваше Превосходительство в самом деле желает, чтобы я защищался? – притворился угодливым Хуан, не теряя иронии.
- В третий раз призываю внимание обвиняемого относительно дерзости ваших ответов… Ограничьтесь возможностью, которую я дал вам. Вам есть, что добавить в свою защиту, с уважением к обвинениям последнего свидетеля? Можете отрицать неопровержимые доказательства перемещения почти дюжины поездок, продуктов, приобретенных незаконным путем, украденного товара?
- Я не крал! Думаю, у нас различные представления о слове кража, Ваше Превосходительство…
- А также различные представления на приказы о запрете? Вот в распоряжение сеньоров судей более двенадцати пунктов, подтверждающих заявление последнего свидетеля. Можете проверить… Ром, какао, табак, хлопок, пряности… все продукты грабежа мелких собственников Юга Гваделупе, перевезены и проданы вами коммерсантам Сен-Пьера и Фор-де-Франс по цене, которая вредит рынку.
- Признаю эти грузы, признаю, что был посредником у мелких собственников Юга Гваделупе, разоренных системой кредитов, поддерживаемой ростовщиками, которых терпит Государство Гваделупе в городах Пети-Бур, Гуайав и Капестер. Эти продукты были изъяты из усадеб, которые люди орошали своим потом и кровью…
- Вы пытаетесь оправдать воровство? – почти взвизгнул председатель, звоня в колокольчик, чтобы прекратить шепот, вызванный словами Хуана.
- Ни в коем случае, Ваше Превосходительство. Что касается обвинений на суде, были воры мелких колоний, которые приобрели свой товар после эмбарго, которое совершенно их разорило. Для меня кража была тогда, когда купили урожай за четверть стоимости, когда подписали цифрами в три раза больше денег в долг… Думаю, это было настоящим воровством, благоприятным для дельцов-богачей Пети-Бур, Гуайав и Капестер по минимальным ценам и сверхприбылью… И осталось последнее обвинение… Какое последнее обвинение? Похищение Колибри?
- Еще рано слушать обвинения по поводу похищения мальчика… Теперь необходимо отметить в протоколе, что вы признаете, что возили товар из Гваделупе и продавали на Мартинике за спиной портовых властей. Полностью признаете, можно взять в расчет моральное опровержение обвинения, если этого захотят господа присяжные. В таком случае это доказывает второе обвинение…
- Осталось доказать остальные, если они такие же. Да, да, сеньоры судьи, да, сеньоры присяжные, я помог вырвать из когтей угнетателей малую часть несчастных крестьян Гваделупе, обманутых богатенькими, чьи животы разжирели ценой несчастья и боли остальных. Я помогал грабить богатые грузы, вырванные у нищеты, невежества, которые воспользовались беспомощностью многих несчастных. Без разрешения я провозил пассажиров, облегчая бегство работников-рабов, нанятых по нечеловеческому договору. В большинстве случаев я облегчил вес трофеев сытых мира сего, надеясь, что достаточно украл, чтобы не было греха. Я провел контрабандой товар через Таможни, где знаю многих продажных служащих, чтобы контрабандист, который проводит жизнь в морях, беспрепятственно проходил их…
- Хватит… Хватит! Вы сошли с ума? – яростно тряс колокольчиком председатель, чтобы успокоить возрастающий шепот.
- Я говорю правду, – невозмутимо продолжал Хуан. – А что касается похищения Колибри… Где он? Почему его не привезли? Я не хочу говорить один… я лично дам ему слово, и оставлю Богу судить тех, кого называют родственниками, из чьих лап я вырвал его. Я прошу, требую присутствия Колибри…
- Я сказал хватит, обвиняемый! Свидетели пойдут в установленном порядке. Швейцар, приведите следующего свидетеля!
- Следующий свидетель! – послышался крик отдаленного голоса. – Чарльз Бриттон, Лейтенант Вооруженных Сил Британии…
- Я требую Колибри первым. – настаивал Хуан.
- Вы не имеете права требовать, – отклонил председатель. – Соблюдайте порядок, или жандармы заставят вас соблюдать его.
