Группа стояла напротив места своего назначения. Именно сюда они столько шли сквозь боль, страх и горечь.
Прогулка по Богатому району оказалась самой простой частью похода. Карзаху казалось, будто он попал в совершенно другой мир. Красивые разноцветные дома с богатой отделкой показывали уровень доходов гражданина. Были строгие, но симпатичные многоэтажки, гордо возвышающиеся над своими маленькими, но более зажиточными братьями – частными домами и особняками. В каждом городе Дользандрии был подобный район, и именно в этих районах селились те, кому в этой стране жилось хорошо – твердолобые работники ЦУГ, бездарные высокие военные чины и безразличная к своей стране интеллигенция, пишущая оды Великому и Всемудрому Лидеру. Именно такой контингент населял зажиточные районы тоталитарной державы.
Нельзя сказать, что все до единого жители Богатого района были исключительно мерзотными личностями. Встречались и достойные граждане, мыслящие в русле совершенно отличном от того, которое показывали по телевизору. Но они обладали все тем же незаменимым качеством, от которого страдал весь народ Дользандрии. Они покорно молчали и радовались возможностью наебать друг друга любым способом и по любому поводу. Дользандрийцы вообще, по сути своей, не отличались стремлением помочь друг другу или хотя бы поддержать кого-то.
Группа двигалась по ночным дорогам, любуясь диковинной каменной брусчаткой по бокам улиц. Красиво расписанные фонари, сделанные явно не в Дользандрии, ярко светили цветами различных оттенков. Теплый свет струился из ламп, расслабляя напряженные нервы уставших путников. Никто не заговаривал о том, что случилось в пещере. На лице каждого отпечатался ужас того, с чем им пришлось столкнуться. Но никто не хотел возвращаться к этому в беседах. Карзах считал, что это и к лучшему, что никто не пытается окончательно раскиснуть. Сейчас все должны быть сконцентрированы на последнем рывке. А там уже и оплачем мертвых.
На каждом здании в Богатом районе висел дользандрийский флаг: три желтых меча на красном фоне, повисшие над головами шеренги простых людей. Мечи олицетворяли Великого и Всемудрого Лидера, Министерства и ОПНО. Правительство любило объяснять по телевизору то, что мечи якобы обнажены для защиты народа от внешней угрозы. Но не одурманенные пропагандой и идеологией дользандрийцы между собой всегда интерпретировали положение клинков в ином русле. Они шепотом говорили, что мечи именно
Огненная Звезда уже поднималась из-за богатого частного дома, напротив которого стояли Карзах, Рэйнер и Римгрий. Трехэтажный дом принадлежал Гресаку Луцию, который некогда написал выдуманный донос на семью Карзаха. Десять лет Карзах провел в исправительно-трудовом лагере, роясь в блевотине, чтобы найти хоть что-то съедобное, что не успел переварить чей-то желудок. Десять лет он боролся с холодом, знойной жарой и голодом. Ни жена Ледейра, ни сын Смерус не выжили в тех чудовищных условиях, в которые их засунули. И Карзах вновь не смог спасти родных. Он снова всех подвел.
Лишь удача вновь уберегла несчастного человека, который в очередной раз сбежал из объятий смерти. Несколько друзей Карзаха, которых не сгубила идеология, прознали о том, что Рейверий в беде. Когда-то они вместе шли в атаку на Большие Когти, ведомые фанатичными офицерами, стреляющими в спину, и четким осознанием того, что они марионетки, которым нечего терять. Друзья Карзаха принесли в ОПНО доказательства того, что Рейверий проливал кровь за Великого и Всемудрого Лидера в войне с Песлером и выполнял волю Министерств, когда служил в расстрельном отряде. Сотрудники ОПНО долго не хотели принимать документы и старались всеми силами замять дело. Но упорные старания друзей Карзаха дали свои плоды. Карзаху сократили срок пребывания в исправительно-трудовом лагере с пятнадцати до десяти лет. В связи с этим, его спустя несколько месяцев задержки, наконец, освободили.
