– Я тебя выведу отсюда. Где ты живешь, Мелисса?
Девушка открыла глаза и непонимающе посмотрела на Рэйнера.
– Со вторым Днем Рождения. – Скьяльбрис неловко улыбнулся. – Сможешь ответить мне?
– Я снимала квартиру в Малом районе. – Отойдя от шока, сказала Мелисса. – Но когда денег совсем не осталось, я пошла сюда, думая, что смогу.
Скьяльбриссианка снова залилась слезами.
– Твои родители погибли от «Цепи»? – Спросил Рэйнер.
– Нет. – Сквозь слезы продолжила Мелисса. – Они… они…
– Ладно, успокойся. Сейчас мы дождемся моего друга и уйдем отсюда, хорошо?
– Да, конечно. – Кивая ответила Мелисса.
*
У Карзаха пересохло в горле. Он поднялся на третий этаж и оказался в небольшой комнате, в конце которой была дверь, охранявшаяся одним военным. Охранник тут же пошел в сторону Рейверия, когда завидел его.
– Господин, вернитесь, пожалуйста, на второй этаж. – Произносил военный заученную речь. – Все мероприятия проводятся на первых двух этажах дома.
– Здесь комната хозяина дома? – Спросил Карзах.
– Да, здесь его кабинет. Вы по какому-то личному вопросу?
– Можно и так сказать.
– Тогда вынужден Вас огорчить. Господин Гресак Луций сейчас занят. Он еще выйдет к гостям ближе к вечеру.
– Он не доживет до вечера.
– Простите?
Рейверий нанес сильный удар с размаху по лицу военного. Тот упал на четвереньки, схватившись одной рукой за сломанный нос. Карзах мгновенно подскочил к поверженному охраннику и ударил его еще раз, но теперь ногой. Военный рухнул на спину без сознания.
Карзах сделал глубокий вздох и подошел ко входу в кабинет контролера военного раздела Гресака Луция. Человека, который его предал. Человека, который убил его семью. Правильно сказал Рэйнер. Если живешь, как волк, то жди, что в один день придут волкодавы.
Карзах прислонил ухо к двери. В комнате слышался женский хохот и мерзотный голос Гресака. Он здесь. Спустя столько лет его настигла судьба. Рейверий толкнул дверь и прошел в комнату.
Гресак Луций сидел в своем кресле, наслаждаясь обществом проституток и тоннами алкоголя. Он был совершенно голый, и одна из девушек сидела на коленях, делая пожилому лысому уроду минет. Гресак постанывал своим хриплым и басовитым голосом, потягивая из стакана дорогое вино, в котором он не смыслил ничего. Несколько проституток обернулись и удивленно уставились на гостя.
– Гресак, ты не говорил, что к тебе придет друг! – Обиженно сказала черноволосая девушка.
– Чего? – Раздраженно спросил хозяин дома и неохотно открыл глаза.
Гресак упал со стула, ударив ногами проститутку, которая делала ему минет. Девушка упала, схватившись за лицо, а мужчина пополз к стене, источая такой страх, будто он увидел призрака.
– Какого черта?! – Орал он. – Пошли все отсюда нахер! Свалите отсюда!
Проститутки, непонимающе озираясь то на Гресака, то на Карзаха, побежали прочь из комнаты. Рейверий стоял на месте, не мешая девушкам спасаться. Гресак резко вскочил и попытался схватить что-то на столе, но Карзах в мгновение прицелился и пустил пулю в руку хозяина дома. Крики девушек и болезненные вопли Луция смешались в нечто единое и фантасмагорическое. Мелодия смерти. Песнь, которая неразрывно связана с войной. Сегодня Гресак ощутил, что чувствуют мальчики, которых он отправляет на мины, колючую проволоку и пулеметы.
Карзах подошел к Гресаку и остановился, прожигая взглядом его наполненные ужасом глаза.
– Карзах! – Жалобно воскликнул Луций. – Дружище! Как я рад, что ты живой!
Предатель лежал на полу. Голый, потный, с кровоточащей рукой. Карзах молчал. Его переполняла злость, ненависть и презрение. В голову ударила кровь.
– Я знаю, зачем ты пришел, Карзах! – Гресак зарыдал. – Я знаю, что ты винишь меня. И нет ни одного дня, чтобы не я сожалел о том ужасном деянии, которое я совершил! Карзах!
Гресак стонал теперь не от удовольствия, а от боли. Раб Великого и Всемудрого Лидера и Министерств встал на колени перед тем, кого предал.
– Карзах! Я каюсь! Поверь мне! Я так хотел найти тебя, чтобы вот так попросить у тебя прощения! Стоя на коленях!
– Ты убил мою жену и моего сына. – Холодным голосом сказал Карзах.
– Карзах!
Гресак отползал от Рейверия, но тот неустанно шагал за ним. Пол становился мокрым от крови, слез и пота убийцы. У Луция не осталось сил, он остановился и перевернулся на спину, протягивая одну руку Карзаху.
– Прошу тебя, Карзах! – Срывающимся голосом говорил Гресак. – Ты ведь хороший человек! Я знаю это! Ты хороший человек! Ты не можешь так поступить! Я уже получил свое, ты оставил меня без руки! Ты не можешь убить голого безоружного человека, Карзах! Это нехорошо! Это неправильно!
