-Ладно.-Мирон покачал головой, опустил взгляд и криво, безрадостно усмехнулся.-Я, наверное, пойду.
Он встал из-за стола и направился к выходу из кухни.
Я недоуменно уставилась на него.
-Куда ты?! Т-ты что!-я убрала коробки с лекарствами на место и с беспокойством подошла к Мирону.-Тебе нельзя сейчас ходить и вообще как-то двигаться! У тебя глубокие раны на лице! Я еле остановила тебе кровь! Нужно чтобы произошла коагуляция и рассечения хоть не много должны затянуться! А если ты сейчас начнешь ходить и вообще просто двигаться… Кровотечение снова откроется…
Я быстро, встревоженно тараторила все это. Я очень хотела донести до него, что ему сейчас нужно сохранять покой!
А он выслушал меня с непроницаемым, равнодушным лицом.
Я не могла позволить, чтобы он ушел, как Федя.
Переживать за них обоих… Меня на это просто не хватит. Я не вынесу.
Хотя бы насчет Мирона я должна быть уверена, что с ним все хорошо.
-Пожалуйста,-попросила я кротко, боязливо.-Останься… тебе вообще хорошо бы прилечь. Можешь вон там, на диване.
Я указала на стоявший в дальнем конце кухни диван, обитый старой потертой зеленой замшей.
Мирон молчал.
-Хочешь,-вдруг жалобно сказала я.-Чаю тебе сделаю?
И тут брови Мирона вопросительно выгнулись вверх.
А я, осознав, что ляпнула, замерла с приоткрытым ртом, таращась на Мирона.
На губах Мирона начала расползаться довольная, если не сказать счастливая и победная улыбка.
Я закрыла глаза. Тяжело, протяжно вздохнула.
Кипящее негодование поднималось изнутри меня.
Дура! Какой к черту чай! Ты бы ему еще бутербродики предложила сделать!
Ты, что забыла с кем имеешь дело?! Забыла, что он сделал?
Простила она!.. Ну, простила конечно!
Но… Это же не значит, что теперь нужно перед ним вот так вот… Прямо вся… И потом простить, не означает, поменять отношение!
И трагедия в его прошлом не оправдывает его скотского поведения со мной, с Даной и другими девушками!
Объясняет, но не оправдывает!
А я тоже… Разжалобилась, блин!
Вон стоит уже улыбается!.. Почувствовал свое превосходство!
Наглый, самоуверенный, задиристый… индюк!
По улыбаешься у меня, подумала я, недовольно глядя на него, если я дяде Сигизмунду все расскажу…
-Ладно.-Мирон непринужденно улыбнулся и вольготной, хорошо знакомой мне походкой направился к дивану.-Так и быть… Полежу.
Он сел на зеленый диван и, без капельки стеснения, развалился на нем вытянув ноги.
-Чай можешь не делать!-объявил он закрывая глаза, и ухмыльнулся.-Я так полежу.
Я несколько мгновений холодно и осуждающе глядела на него.
Удивительно… ещё пару секунд назад, я отчаянно жалела его и полностью сочувствовала его давней трагедии.
Ещё немного, я бы его обняла и к сердцу прижала, утешающе гладя по голове.
Сейчас, я была готова сделать чай, чтобы потом вылить ему на голову.
Ну, что за человек такой!..
Только поверила, что он правда может быть не такой противный, как он в миг переменился и снова стал прежним.
Даже интересно, какой из двух Миронов настоящий?
Сожалеющий, честный и опечаленный, или вот этот эгоистичный, расчетливый и самодовольный.
Первого мне хочется жалеть и утешать, а второго… сама не знаю. То ли огреть чем-то тяжелым и прогнать, то ли… Чтобы он взял за руку и уже тогда больше не отпускал. Никогда.
Ай! Ну его этого Мирона! Пусть лежит!
Я вышла из кухни, и закрыв за собой дверь, направилась вниз.
Нужно было проверить оборудование в мастерской, автомобили стоящие в гараже, и прибраться, если кто-то из сотрудников забыл это сделать.
Спускаясь вниз, я мысленно ругала себя и сердилась от того, что не могла понять, что я чувствую к Мирону. Как отношусь к нему?
Пожалуй, в моей жизни не было ещё такого человека, который вызывал бы у меня столь сильные и противоположные чувства.
Он одновременно меня бесит и в тоже время меня к нему тянет.
Да, тянет… Прямо влечет. Это нужно признать, я не могу не замечать этого!
Но, это же неправильно!..
Он же редкий засранец! Подлец!.. Подлец и сволочь!
Так, какого чёрта, а?..
Раздираемая противоположными мыслями и эмоциями я остановилась на лестнице.
Глубоко вздохнула и судорожно, с дрожью вздохнула.
По телу пробежала нервная дрожь, у меня вздрогнули плечи.
Мучительное состояние дикой неопределенности невероятно изматывало и терзало меня!
Я не могла понять сама себя. Что со мной не так?
Чего, елки-палки, я реально то хочу?! А?!
Перед глазами промелькнула сцена из воспоминания Мирона, затем его лицо, залитое кровью с левой стороны.
А затем я вспомнила свой конфуз с предложением сделать чай.
Ну, что?... Ну, что это было за лебезящее, заискивающее такое предложение?
Зачем я это сказала? Теперь он будет думать, что он мне дорог, что я хочу, чтобы он был рядом, что… готова его обслуживать и ухаживать за ним, лишь бы только он не уходил.
Господи, какой позор!.. Так стелиться перед человеком, который собирался самым жестоким и серьезным образом тебя опорочить и унизить. Теперь ты сама готова унижаться, чуть ли не со слезами упрашивая его остаться и ещё предлагая ему чай.
Я представила, как выглядела со стороны со своей жалкой попыткой остановить Мирона.
