Женя широко улыбнулся. Он хотел было показать Маше, что у него отличное настроение, и что у него вообще все хорошо. Но улыбка все равно получилась пропитанная светлой грустью.
– Боже мой! Как жалко! Вы, наверное, с гусем, то есть с Санькой настоящими друзьями успели стать? Да что я говорю!? Он точно был твоим другом.
Маша так растрогалась, что у нее начали выступать слезы, глаза сделались влажными. Но она чудом, как раз в этот момент в кафе вошли новые посетители – две подружки школьницы, удержала себя от слез. Ну, в самом же деле не плакать у всех на глазах?!
Эта трогательная история стала лишь началом долгого разговора. Как, оказалось, рассказать человеку, которого видишь всего-то второй раз в жизни можно довольное многое. К тому Женя вспоминал такие истории из своей жизни, про которые уже давно и позабыл. А некоторые истории он всегда держал от всех в тайне, слишком личными они были. Но в обществе Маши как-то так получалось, что рассказать можно было довольно многое. И этот процесс открытия, отдачи личной информации протекал с неподдельным удовольствием. То есть, если где-то о чем-то не хотелось говорить, хотелось умолчать или же приукрасить, то здесь и сейчас воцарила искренность. Все казалось простым и что-то беззаботно-счастливое тихо кружилось в воздухе.
Когда они вышли из кафе, время близилось к вечеру. Но так как на улице было без пяти минут лето, то солнечный свет еще не спешил покидать улицы города. Погода так и продолжала стоять душная и это несмотря на то, что прошел дождь. В кафе же работал кондиционер и поэтому температура и общее состояние в зале, где сидели Женя с Машей, было самым что ни на есть комфортным.
Маша только было хотела обмолвиться про погоду, но увидев озадаченное лицо Евгения, который шарил по карманам брюк, сказала следующее:
– Ты что-то потерял?
– Да вот, знаешь ли, никак телефон не могу найти.
У Маши промелькнула мысль: может в кафе оставил. И она тут же вспомнила, не успев открыть рот, что видела телефон, лежащим, на столике.
– Может в кафе забыл?
– Да я точно помню, что убирал его в карман. Но его почему-то нет…
– Давай я тебя наберу. Вдруг вылетел, пока к машине шли.
Трава возле тротуаров стояла уже высокая и от обилия дождей густая.
Женя продиктовал свой номер. Телефон тут же отозвался. И ничего удивительного, что звонок шел прямо от Жени, из его кармана. Евгений стоял и хитро самодовольно улыбался, улыбался не только Маше и похоже и всему белому свету и себе в том числе. Он хотел заполучить Машин номер, но та отказалась добровольно делиться информацией, поэтому пришлось прибегнуть к маленькой хитрости. К очень маленькой, но очень действенной и результативной.
– Очень ловко, – похвалила его Маша, – и как после этого людям верить?
Она нисколечко не разозлилась, а позже еще подумает о том, что прикольно вышло.
– Но я же не люди. Мне ты можешь доверять.
– Посмотрим.
Женя засмеялся, веселые искорки так и прыгали у него в глазах. Маша заулыбалась, не в силах удержать серьезное выражение на своем лице.
– Значит, сейчас ты у тетки живешь.
Они заехали на улицу, где сейчас жила Маша, то есть, где находилась квартира Гавриловых. Машина остановилась под тенью деревьев, до дома тети Гали оставалось пройти каких-то пятьдесят метров. Дом находился за семиэтажками, что стояли вдоль дороги.
– Да. Они же с самого начала предлагали у них жить. Но…
– Захотелось самостоятельности, – вставил Женя.
– Не совсем. Просто не захотела стеснять их. Пусть у нас и замечательные отношения. Но жить друг у друга на головах тоже не хорошо.
– Ясно. Чем сейчас займешься? – Жене не хотелось, чтобы Маша уходила и он, как мог, тянул время.
– Не знаю. Если Маринка дома, моя двоюродная сестра, то может с ней что-нибудь по интернету посмотрим.
– Какую-нибудь комедию или мелодраму, – выделив последнее слово, сказал Женя.
– Нет! Ужасы или приключения, – нарочно ответила Маша. Хотя, если честно, то посмотреть она могла фильм абсолютно любого жанра. Главное чтобы он был интересным и совсем не был лишен всякого смысла.
– Ха… А давай в кино как-нибудь сходим?
– Ни чего обещать не могу. У меня скоро экзамены, да и домой я буду чаще ездить, – рассудительно произнесла Маша.
– Экзамены днем, а вечером кино. У меня же тоже днем работа.
Маша чувствовала, что уже пора выходить из машины, что разговор нарочно затянулся. Но не только ли Женя тянул разговор? Да и как сейчас ей выйти из машины? Просто что ли взять и открыть дверку?
Она больше ничего не ответила на предложение сходить в кино и продолжала сидеть и бесцельно смотреть в боковое зеркало. Ей было неловко ощущать на себе Женин прямой взгляд. Он смотрел на нее безотрывно, не моргая. Он просто смотрел, а она не могла сдвинуться с места, не могла ничего сказать.
А он не мог заставить себя отвернуться. Вот она – Маша – сидит прямо перед ним. А у него еще были какие-то сомнения, что она не захочет с ним разговаривать. А он еще не был уверен в том, что найдет ее. Но, если же, ему судьба была найти ее, то по-другому и сложиться не могло.
