– Обыкновенные бумажные сто рублей, – совершенно спокойно ответила Маша, – ты что, никогда бумажку с изображением столицы нашей родины не видела?
– Причем тут деньги? Тебя же сейчас она, – Вика кивнула головой на учительский стол, – сожрет! Сожрет и не подавиться!
– Не сожрет, – заявила Маша. И от ее слов повеяло такой уверенностью, что Вика без всяких возражений поняла, что Наталья Андреевна ничего ужасного сделать не сможет.
Перемена пролетела быстро. Маша, как только вспомнила свою потерянную мысль, стала выглядеть немного загадочной, а Вика, после разговора с подругой растерялась. Она ничего не поняла, ни про сто рублей, ни про что-то там еще. И для нее было ясно как белый день только одно – Наталья Андреевна не оставит в покое Машу. Велика вероятность того, что хитроватую улыбку в конце урока, та записала на свой счет.
Вторая часть пары прошла на всеобщее удивление мирно и спокойно. Злая математичка не удостоила Машу даже взглядом. Вика была немного в шоке.
После столовой, во время большой перемены Маша села в коридоре на скамейку. Отломив дольку шоколадки, она с удовольствием отправила ее в рот. Нежный мягкий вкус молочного шоколада оказался как нельзя кстати. Немного подумать в его компании было весьма неплохо.
Как же раньше Маша не вспомнила о своем вчерашнем походе в магазин. Скорее всего воскресный день и стал началом сегодняшней истории. Вчера ей под ноги попались пять рублей, но она их не взяла. Как же это Маша подумала: если и находить что-то, то более стоящее и большее. Кажется, смысл ее мыслей был таков. И вот, пожалуйста, утро преподнесло взамен пяти, сто рублей. Не надо было зевать!
"А может, может… это и к лучшему, что мальчишка забрал деньги. Ведь сто рублей, конечно, не пять, но и не та сумма, которая что-либо может изменить. О, Господи, о чем это я!? Что я хочу изменить!? И от кого я сейчас чего-то требую? Неужели от судьбы… Ах, нет, нет! Это ужасно глупо и самонадеянно. Да кто я вообще такая, что собираюсь чего-то требовать от судьбы. Если подумать, от судьбы никому и ничего нельзя требовать. Единственное только, что можно просить судьбу. Просить ее сжалиться над кем-то, помочь кому-то, кому совсем плохо и тяжело. Но требовать!? Как можно требовать… Как можно выставлять какие-то свои запросы самой судьбе? Как страшно… Откуда у меня в голове такие мысли? Ведь даже играть с математичкой опрометчиво, заведомо глупо. А тут судьба… Она же вообще вещь неосязаемая и уж от кого от кого, а от нее точно никогда ничего нельзя узнать наперед. Разозлиться ли она на тебя или наоборот смилостливается."
Неожиданные мысли привели Машу в полнейшее замешательство. Она испугалась сама себя. В какие дебри размышлений может завести самое малейшее ничего особого не значащее по своей сути происшествие. Да и происшествием это назвать сложно, скорее небольшой эпизод из повседневной жизни.
– Машка, – шумно, с грохотом приземлился на лавочку Максим.
Это был среднего роста, одетый по моде, но не вызывающе, средней внешности, с пышной шевелюрой русых волос, парень. Он учился вместе с Машей и за первые два месяца учебы создал впечатление о себе, как о человеке ответственном, аккуратном и добродушном.
– Фууу…– выдохнула Маша, прижав ладонь к груди и запрокинув голову назад.
– Да ладно! Ты че пугаешься? Успокойся, это я. И я не такой уж и страшный, вроде бы, – легонько похлопав Машу по плечу, отшутился Макс.
– Ты вообще не при чем…
– А кто при чем?
– Да никто. Задумалась просто. Что я, не могу подумать в свое удовольствие? – Маша подхватила задорное настроение собеседника.
– Что-то ты сегодня слишком часто думаешь и явно не о математике.
Максим был в хороших, дружеских отношениях с Машей, в принципе как и со всей остальной группой. Но сейчас, он понял, что сказал лишнего, что своей неосторожной фразой полез в душу к человеку, чего делать не стоило.
– Да не о математике. Но это совсем не важно. Так, знаешь ли, ерунда всякая в голову лезет.
– Ну, ты поосторожнее с ерундой-то. Она же ведь всякая бывает, – Максим не знал, что сказать и уже был совсем не рад, что потревожил Машу.
– Да ты расслабься. Все хорошо. Мелочи жизни. О! Звонок. Пошли скорее, а то опоздаем.
Маша вскочила с места, закинула рюкзачок на плечо и сама не ожидая от себя, взяла Максима за руку, потянула его с места. Максим совершенно не понял Машиного поведения. То она задумчиво грустит, то ни с того ни с сего улыбается и смеется.
Сжав ее ладошку, Максим поднялся с места и побежал следом за Машей.
Оставшаяся часть занятий прошла спокойно и довольно обыденно. Никто больше, и даже Вика, не донимали Машу расспросами. Да ведь уже и позабыли о случившемся. Естественно, что у каждого были свои заботы и мысли. Сама же Маша втянулась в учебный процесс и на какое-то время напрочь позабыла о своих философских размышлениях, которые неудачно сыграли с ней с утра. В конце концов ничего из ряда вон выходящего не произошло. Обыкновенные непредвиденные мелочи жизни.
