— Они уничтожат срединный мир сами, удаляя заражённую часть до того, как это начнет угрожать всей плеяде, — холоднокровно ответил ангел.
Какая-никакая, а картинка в голове сложилась. Только вот один момент я всё-таки не понимал:
— Ну и где тогда ваш крылатый спецназ? Почему он до сих пор не обрушился на Землю, сметая полчища демонов? — криво усмехнулся я.
Выражение лица Зейнала ожесточилось, взгляд помрачнел.
— Потому что главные среди нас думают, будто мы сможем сами стать срединным миром, — процедил он.
— Существует вариант, — вдруг подал голос Цивиус. И, в отличие от Зейнала, он оставался холодно спокойным. — Что наш мир действительно может занять место Земли. Произойдёт замена: изнанка, — он обвёл рукой вокруг себя, — станет сущностью порядка, Земля останется за низшими, воплотив в себе хаос, а мы станем частью плеяды.
— В таком случае вам выгоднее ничего не делать, — хмыкнул, понимая, что какой-то обширной поддержки для Земли у ангельского населения я не получу.
— Не все верят в то, что мы сможем выжить без Земли. Когда на кону стоит существование нашего мира, я не готов рисковать, — жёстко проговорил Зейнал.
— Поэтому мы и должны обучить его, — вновь вступила в разговор Мишон.
— Мы не можем гарантировать, что человек способен встать на путь силы, — глухо произнёс Цивиус.
— Вам и не нужно, но попробовать всегда стоит. Так уж получилось, что я стала невольным спутником этого человека. Он один из самых способных представителей своего рода. Если не получится — что ж, мы будем знать, что пытались.
Цивиус долго молчал. Мой желудок напомнил о том, что пора бы что-то поесть, и бородач поделился одной из тушек, до этого мирно жарящихся на вертеле. Кажется, сегодня на ужин у меня было что-то вроде местной крысы. Крупное продолговатое тело, четыре лапы, длинный хвост… Долгоживущих брезгливых воинов не бывает, так что ел я даже с некоторым удовольствием. Сами ангелы между тем упорно мерились взглядами, периодически посматривая на жующего меня.
Словно они были способны общаться на каком-то недоступном мне уровне, но в итоге всё-таки снизошли до ведения разговора словами через рот.
— Мы не сможем вернуться домой, нужно действовать здесь, — проговорил наконец Зейнал. — Результат может быть печальным.
— У нас нет выбора, — спокойно парировал бородатый.
— Выбор есть всегда, мы здесь выживем, но не он, — кивнул в мою сторону Зейнал, а я остро ощутил себя предметом мебели.
— В этой жизни не будет смысла, — покачал головой Цивиус, отбрасывая палку в сторону. — Они придут и заставят нас заплатить, но делать это будут не главы ветвей, ноша ляжет на плечи простого ангела.
Повисла тишина, нарушаемая лишь редким шипением остывающих углей.
Но к какому-то соглашению ангелы всё-таки пришли, потому что вдруг синхронно поднялись и с недобрыми улыбками направились ко мне.
— Я не буду говорить, что боль тебя минует, — заявил Зейнал и переглянулся с Цивиусом, гладящим бороду. — Ты даёшь разрешение на начало занятий, старший?
— Да, младший, — степенно кивнул Цивиус, окидывая меня оценивающим взглядом. — Я найду нам подходящее место, у вас есть время на первичную подготовку.
С этими словами Цивиус растворился во мраке, окружающем поляну под могучим деревом. Кайрон, без того не спешащий участвовать в процессе разговора или планирования будущего, посмотрел на меня сочувствующим взглядом.
Зейнал сначала обошел меня по кругу, одними лишь глазами заставляя меня подняться на ноги, затем попросил напитать силой кулак и ударить по нему. Что ж, после всего того, что они тут между собой наплели, дать кому-нибудь из них по морде было довольно заманчивой идеей, так что я, как хороший ученик, сделал так, как попросил учитель. Только вот итогом стал влажный хруст костей, дикая боль, охватившая всю руку, и дикий стон сквозь сжатые зубы.
А ведь я все сделал как обычно, напитал силой, ударил с такой скоростью, что и глазу не заметить, только вот доспех духа, укрывший ладонь, словно боксерская перчатка, разлетелся в дребезги, как будто кто-то кинул хрустальный графин в стену.
— Урок первый, никогда не связывайся с противником, если не представляешь его возможностей, — произнёс Зейнал, смотря на скулящий комок боли, по недоразумению являющийся мною. — Урок второй, доспех духа — не панацея, нужно уплотнять его. Твой же можно сдуть при большом желании. Он как паутина, такой же дырявый и слабый, его способен разметать лёгкий порыв ветра.
Тяжёлая ангельская рука опустилась мне на плечо, и тело отозвалось хрустом встающей на место и срастающейся руки. От такого в глазах потемнело, я чуть не потерял сознание, ибо процесс восстановления был ещё болезненнее, чем сама травма.
Ангел, что стоял напротив, сразу вырос в моих глазах. Желая проучить его, я вложил в удар так много, что впервые почувствовал неконтролируемую боль.
Вместе с телом, Зейнал восстановил и энергию.
— Натяни доспех, снова, — произнёс он.
Когда я выполнил желаемое, он потрогал мою руку. Его пальцы остановились в сантиметре от плоти.
