Келлер чувствовала себя вымотанной. В прошлом Грейс приняла бы душ, выпила стакан воды и, заткнув уши наушниками, отправилась на пробежку. Но сейчас, стоило только подумать о том, чтобы сделать лишнее движение, как её начинало мутить. Мысли ворочались, головная боль свербела под сводами черепа. Она боялась, что если на мгновение закроет глаза, то заснёт стоя. Ужасно хотелось кофе.
Включив кофеварку, Грейс села за стол и разложила перед собой фотографии Кэтрин Донован и отчёт о вскрытии.
Грейс рассматривала материалы по делу, то низко склоняясь над фотографиями, то откидываясь назад, машинально поправляя волосы, падающие на лицо. Она нервничала: плавная линия плеч изогнулась, ладони мелко дрожали, и во всем её облике читались беспомощность, замешательство, но твёрдое намерение разобраться в происходящем.
Пространство вокруг неё гудело и потрескивало. Когда взгляд заволокло влагой, то ли от усталости, то ли ещё от чего, Грейс отодвинула документы на край стола, налила себе кофе и вытащила поджаренный хлеб из тостера.
Стоило Грейс намазать арахисовое масло и джем на тост – в гостиной зазвонил её телефон. Тревожность, с которой она проснулась утром, вдруг вернулась. На экране мобильника высветилось имя Джеймса.
Приготовившись к худшему, она приняла вызов.
– Грейс? Прости, если разбудил. У нас ещё одно тело. Нашли туристы недалеко от автомагистрали I-90, возле моста Твин Фолс. Судя по всему, это наш парень. За тобой заехать?
– Да. – Грейс зажала переносицу между большим и указательным пальцами, пытаясь осознать услышанное. – Я буду готова через пятнадцать минут.
Когда-то давно, когда Холли была совсем ещё крошкой, а Грейс училась в школе, отец часто возил их в Сиэтл на несколько дней. Грейс с нетерпением ждала этих поездок. Они гуляли возле озера Юнион, разглядывали яхты, дома, построенные на сваях прямо над водой, устричные фермы и рыбаков. А вечером ужинали на фермерском рынке свежей рыбой, луизианским гамбо с морепродуктами и супом клэм-чаудер. Мясо лангустов было сладким и свежим, по рукам стекало чесночное масло, а суп был таким горячим, что нетерпеливая Грейс пару раз обжигала язык.
На обратной дороге, к концу школьных каникул, отец показывал им достопримечательности штата Вашингтон. Он создавал воспоминания. Помечал фотографиями каждый городок на карте штата. У Грейс было несколько фотографий из туристической зоны возле водопадов и моста Твин Фолс. Она обожала эти снимки. Чаще всего они отправлялись в путешествие сразу после осеннего бала, поэтому всё вокруг утопало в золоте.
Её память осквернили. Места, где она была счастлива, запятнали кровью и грязью.
Грейс вспомнила, что давно не звонила сестре.
Прежде чем выйти из машины Джеймса и включиться в работу, Грейс отправила Холли эсэмэску: «Ты в порядке, малышка? Созвонимся вечером?»
На месте преступления было шумно. За спиной гудела автомагистраль, а впереди, где-то среди деревьев, – водопады. Машины выстроились вдоль обочины, к воде вела только пешеходная тропа. Возле «Скорой помощи» суетились парамедики, осматривая туристов, которые нашли тело. Молодые мужчина и женщина сидели в кузове фургона с отсутствующим видом, два походных рюкзака лежали прямо на земле.
По всему периметру, оцепив участок жёлтой лентой, стояли офицеры. Их рации сипели – Грейс было трудно сосредоточиться.
Она увидела криминалистов в белых защитных костюмах и доктора Скотта Хэмптона.
– Детектив Келлер. – Он ей улыбнулся. – Рад тебя видеть.
– Я тоже рада, Скотт.
Грейс не лукавила. Доктор Хэмптон был известен как лучший судмедэксперт в Вашингтоне. Он был молод, внимателен к деталям и преподавал в университете. Так что, Грейс считала, ей повезло, что именно он сейчас работает с ней. Слово «серия» ей произносить не хотелось.
Грейс натянула латексные перчатки, бахилы и подлезла под оградительную ленту, которую для неё придержал Джеймс.
– Джейн Доу[8] – неизвестная, – сообщил доктор Хэмптон. – Документов при ней нет. На этот раз нет и одежды.
Тело девушки лежало на валунах у кромки воды. Её длинные, сожжённые перекисью волосы омывало слабое течение. Под водой они выглядели как обесцвеченные глубоководные водоросли или как скопление ленточных червей.
Она лежала на спине с раскинутыми в стороны руками и ногами. Над её телом, как и над телом Кэтрин Донован, надругались: кровоподтеки от верёвки на щиколотках и на запястьях, порезы и глубокие раны на бёдрах, обезображенные половые органы, синяки на животе и рёбрах, отсечённая грудь, неясные следы странгуляции на шее и распухшее от побоев лицо.
– Что можешь сказать? – Грейс наклонилась к телу и нахмурилась.
Она обернулась – Джеймс стоял за ограждением, переговариваясь с офицером, и нервно курил.
– Хэй, босс, – окликнул его один из криминалистов. – Не забудь унести свой окурок.
