Кренер тоже смотрел на Алекса с одобрением. А Гимбон так вообще чуть автограф не просил. Алекс понял, что над ним не издеваются. Просто местные так привыкли к смертоносным “беспилотным” техникам, что, видимо, их удивило удачное применение опасного беззатейного приема в рискованной ситуации. Звучало логично. И правда, они тут без проблем включают режим “бензопилы” или же на любое расстояние клонируют до десяти взмахов.
Алекс сделал зарубку на память — больше не применять уколы в круговом бою. Слишком опасно, ибо подставляешься. Но он, конечно, сделал высокомерный вид и сказал:
— Северян с пелёнок учат не бояться смерти. В пять лет меня оставили одного в клетке с голодным волком, — и этим сразил могущественных рыцарей наповал.
— Как вы выжили? — удивленно спросил Кренер.
Алекс загадочно улыбнулся, но сразу признался:
— Тому волчонку было всего две недели от роду. Он только-только научился рычать. Мои родственники на охоте нашли мертвую волчицу с еле живым детёнышем. Волчонка выходили, а потом уже подросшего отдали в зоопар… использовали как охотничьего пса. — Алекс не соврал, только концовку находу сменил на более средневековую. В далёком детстве отец любил брать его с собой в горы на природу.
— Интересные у вас обычаи, — уважительно покачал головой Огнер.
Путь продолжился. Разведчики повели Алекса через долину внизу, затем они миновали старые обветшалые развалины какого-то замка посреди леса, обогнули длинный бурелом и, наконец, вышли к лагерю. Никаких машин и фургонов. Лошади с повозками, палатки и шатры. Что ж, ожидаемо. Алекс уже догадался, что оказался в Средневековье. Меч в собственной руке это ему доходчиво объяснил.
На самой границе лагеря Алекс посмотрел свёрнутые окошки. К нему пришла мысль — а не может ли он сбежать в пещеру со статуями?
Оказалось, не может. Алекс нашел сообщение:
Последняя цифра сменялась:
Целых двое суток до собрания. Придётся искать другие пути побега, если припрут к стенке. Хоть на Бульке улетай.
— Кренер, доложи Енессену о наплыве тварей, — велел Огнер мечнику и обернулся к Алексу. — Сир Алекс, не могли бы вы вернуть меч Гимбону?
— Конечно, — пальцы отчаянно не хотели разжиматься, но пришлось пересилить себя.
— Енессен — начальник гарнизона, но мы с вами пойдём сразу к милорду, — Огнер указал на главный шатёр в центре лагеря. — Подождите меня здесь. Гимбон составит вам компанию.
— Хорошо, — вздохнул Алекс, бросив взгляд на сквайра. Тот убрал меч в ножны, предварительно протерев его тряпкой от крысиной крови. Ладно, к чему тревоги? Хоть Алекса фактически и оставили под охраной, но это больше предосторожность и формальность. Если бы такие мордовороты, как Кренер и Огнер, ожидали от Алекса какой-нибудь подлянки, его бы уже скрутили верёвками. И даже не побоялись бы устрашающего приёма под названием “тычок остриём”.
Огнер пропадал недолго. Вскоре он высунулся наружу и позвал Алекса к милорду. Внутри было тепло. Хлопья пепла поднимались от жаровни, и сидевший в кресле черноволосый мужчина провожал их взглядом до дымового отверстия. На его правой руке сверкал серебром странный наруч, весь перевитый рунами.
— Лорд Родрик, это сир Алекс с севера, — сообщил Огнер. — Сир Алекс, перед вами лорд Золотого холма Родрик Анестар.
Рыцарь уже поведал лорду Золотого холма свои соображения насчёт происхождения Алекса. И Родрик решил за лучшее обращаться с ним учтиво. Особенно после того, как взглянул на вошедшего юношу.
Несколько секунд лорд пристально изучал жёлтую надпись “ОХРАНА” на рубашке Алекса. С трудом Родрик смог скрыть удивление. Он обладал отличной памятью, в молодости увлекался геральдикой, знал всю родословную королевской фамилии, а также знал самые значимые гербы неизмеримо далёкой Империи Мороза. При взгляде на Алекса лорду захотелось протереть глаза. Нет, он не мог ошибиться. Яркая золотая расцветка имперского герба! Её нельзя не признать, как и прямоугольный рублёный шрифт букв! Сама надпись другая, не та, что на императорском гербе, но оформление идентично!
Такое возможно лишь в одном случае. Перед Родриком стоял член побочной ветви императорского рода. Возможно, один из многочисленных племянников или внуков Морозного императора. Побочный род имел собственный герб, но, чтобы отметить свою связь с императорской семьей, он оформлялся в том же стиле.
На какое-то время Родрик даже забыл о бедной дочери. Запах тайны одурманил лорда. Куча вопросов вспыхнула в голове. Что родственник Морозного императора забыл в этой глухомани? Какая здесь загадка? Связана она с активировавшимися тварями?
— Присаживайтесь, сир Алекс, — сдержанным тоном произнес Родрик, указывая на стул напротив. — Будете чай? Огнер, будь добр, кликни там моего сквайра, а то он совсем разленился. Пускай принесёт три кружки чая.
— Да, милорд, — разведчик вышел наружу.
Родрик же обратил на Алекса взгляд внимательных серых глаз.
