— Ты путаешь, — мягко улыбнулся Цитрин и разомкнул объятья, позволяя девушке встать. Она предложением воспользовалась и постаралась не придавать значения собственному недовольству этим обстоятельством. Не получилось, особенно когда менталист продолжил. — Мне от тебя надо не одно, а всё сразу, и к священному алтарю я тебя хоть сейчас бы с удовольствием отнёс… Ладно, не сейчас, сначала пусть рука заживёт. Да погоди ты ругаться! — со смешком перебил он готовую возмутиться Иссу и поднялся вслед за ней. — Я прекрасно помню, что ничего тебе не предлагал. Но исключительно потому, что не хочу давить. В общем, к чему всё это… Простейшим способом я ответить на твой вопрос не могу, поэтому придётся по старинке.
— В каком смысле?
— Ну как-то же миллионы людей разбираются в своих чувствах друг к другу, иначе мы бы вымерли давно, — рассмеялся он. Осторожно подцепил кончиками пальцев её подбородок, легко поцеловал припухшие губы. — Не сердись, Солнышко. Менталисты тоже люди, и отнюдь не всемогущие. Давай не будем забегать вперёд, хорошо? Просто позволь мне ухаживать за тобой. Пригласить на свидание… скажем, завтра в шесть. А там как-нибудь разберёмся.
— И ты поможешь мне сделать правильный выбор? — понимающе усмехнулась змея. Никакого отторжения эта мысль не вызывала, только азарт и любопытство. — Завтра в шесть. Хорошо.
Книжник с довольной улыбкой поймал её руку, поцеловал костяшки пальцев и жестом предложил занять обычное место за столом.
— Тогда давай попробуем настроиться на рабочий лад. Хоть немного. А то я начинаю злиться на самого себя и напоминать, что правила университета не просто так придуманы, и когда личное мешает учёбе — это неправильно. Не хочется с самим собой ругаться по такому поводу.
Задуманное, к удивлению, удалось. Факультатив из-за разговоров и поцелуев здорово затянулся, но зато прошёл плодотворно. Книжник вздохнул с облегчением, потому что личная заинтересованность и невозможность сосредоточиться на деле очень тяготили.
Хотя они и договаривались встретиться завтра в шесть, но после занятия расставаться не спешили. Само собой получилось, что из кабинета вышли вдвоём и не спеша зашагали по коридору.
— Кажется, я начинаю понимать, что про спорную мораль ментальных магов — это была тонкая пугалка для студентов, — заметила змея.
— Что ты имеешь в виду?
— Я про твоё переживание за результат учёбы. Ты запугивал нас своей склонностью к манипуляциям, да и вообще начал за мной ухаживать в нарушение правил, но при этом куда щепетильнее большинства моих знакомых. А наш проректор тоже обманут или он с тобой в сговоре?
— Проректор?
— По воспитательной работе. Когда я ходила к нему жаловаться на твоё поведение, меня отказались спасать.
— Ты ходила на меня жаловаться?! — окончательно опешил Цитрин, а Исса независимо пожала плечами.
— Меня беспокоили возможные последствия. Между прочим, до сих пор не по себе, насколько ты меня старше… Что? — нахмурилась она под его заискрившимся весельем взглядом. — Ты старше моего отца!
— Я всё-таки спрошу, — заговорил он с улыбкой. — А тебя это в каком аспекте бытия беспокоит? Чтобы мне подготовиться к зачёту.
— Во всех, — проворчала змея. — В разнице жизненного опыта, например. Тебе со мной может быть скучно и не о чем поговорить.
— Ты любишь красоту и искусство, и мне приятно познакомить тебя с тем, что люблю я, — и познакомиться с тем, что любишь ты. Мне будет интересно, если ты захочешь рассказать о работе боевых магов, я никогда с ней не сталкивался близко. Опыт… Ерунда это. Было бы сложно, например, если бы ты была каким-нибудь увлечённым учёным с великими открытиями, а я — пастухом без образования и ограниченными стадом интересами. А так… Впрочем, ты скоро сама всё поймёшь. Несмотря на мой почтенный возраст, спешить нам особо некуда.
— Зря я об этом сказала, да? Ты мне теперь до скончания веков будешь припоминать? — предположила змея, чувствуя, что губы пытаются раздвинуться в улыбке.
— Сложно удержаться. Но это самый безобидный вариант, поверь. Лучше, чем если бы я начал доказывать на практике. Мне, увы, приходит в голову единственный способ.
— А куда мы вообще идём? — запоздало опомнилась Исса, заодно переводя тему. Последний его намёк был слишком прозрачным, чтобы не понять. Сразу вспомнились жадные уверенные поцелуи — и рука на перевязи. Зачем дёргать дракона за хвост!
— Хочу показать тебе одно из моих любимых мест в университете. Не волнуйся, наружу выходить не придётся, я помню, как ты не любишь зиму и холод. Проверим, насколько хорошо я тебя понимаю.
— А ты со своим даром можешь кого-то не понимать?
— Мы же помним, да, чем закончилась попытка тебя прочитать? — рассмеялся он. — Нет, ты права, дар тоже играет роль. Он в какой-то мере заменяет глаза. Когда я не понимаю мимику — он подсказывает. Но то, что меня сейчас интересует, лежит глубже. Не сиюминутные реакции, а общая система ценностей. Её не прочитаешь, просто сунувшись в чужую голову, надо общаться. Мне кажется, мы очень похоже смотрим на мир, иначе мне не было бы рядом с тобой так легко и спокойно. Вот сейчас и убедимся.
