— Керэн, постой! — окликнул я, беспокоясь, что она может исчезнуть. — Не уходи. Мне нужна твоя помощь.
— Сейчас? — спросила Керэн.
— Завтра, — ответил я.
Она начала было снова телепортироваться прочь, собирая эйсар, но Мойра поймала её за руку:
— Нам надо поговорить.
Две молодых женщины ушли вместе, а потом ушёл и Грэм, извинившись, и сказав, что ему надо увидеть мать и сестру. Алисса отправилась с ним. В результате с нами остался только Сэр Томас.
Томас пожал плечами, и слегка улыбнулся:
— Ещё осталось что-нибудь поесть?
— Эти двое спасли наши задницы, — сказал Томас. — Эти… как ты там их назвал?
— Анголы, — подсказал я.
Рыцарь кивнул:
— Анголы напали ночью, задавили часовых, и штурмом взяли наш лагерь. Обратили нас в бегство. Мы понятия не имели, что они могут видеть в темноте. Если бы твой сын и Сэр Грэм не объявились, то наши потери были бы значительно больше.
— А скольких вы потеряли? — спросила Пенни.
Томас вздохнул:
— Мы думали, что потеряли почти всех, но когда солнце взошло, и мы вернулись, то обнаружили, что многие из солдат разбежались в разных направлениях. Но мы всё равно потеряли почти половину. Анголы — брутальные бойцы.
— А что насчёт жителей Бродинтона? — осведомился я.
— Мы их нашли на следующий день. Анголы повернули на север, направившись к лесу. Людей взяла в плен более мелкая группа. Похоже, что они использовали жителей Бродинтона, чтобы везти добычу из города — в основном еду и скот. Мы полагаем, что у них, наверное, где-то в лесу есть деревня, но мы поймали их раньше, чем они до неё добрались. Королева уже сейчас отправила разведчиков на её поиски.
— Рад слышать. Мэттью кажется выбитым из колеи. Что-то случилось во время боя?
Сэр Томас потёр подбородок, ощупывая свою щетину. Сколько я его знал, он всегда предпочитал оставаться чисто выбритым, если не считать скромных усов. Он был одним из немногих выживших членов моих изначальных Рыцарей Камня, и, быть может, одним из самых мною любимых, благодаря его любезности и спокойствию. Если не считать его размера и атлетичного сложения, немногие догадались бы о его военной профессии, встретив его без брони. Томас был лишён надменности, столь часто встречавшейся в дворянах, и властности у него то же не было. Не знакомый с ним человек легко мог ошибочно счесть одетого в простую одежду Томаса за вежливого простолюдина… грузчика или кузнеца, наверное, учитывая его сложение.
Рыцарь тщательно пораздумал, прежде чем ответить — ещё одна черта, которая мне в нём нравилась. Он никогда не говорил впопыхах.
— Битва, в которой участвовал твой сын, была кровавой. Судя по тому, что я потом в нём увидел, я могу предположить, что она у него была первой. Верно?
— Вообще-то, он участвовал в нескольких крупных боях, хотя большинство из них были в ином измерении, — объяснил я.
— Другие измерения? А с чем он сражался? — осведомился Томас.
— В основном — с механическими чудовищами, насколько я понимаю, — ответил я. — Год или два назад он бился с одним из Тёмных Богов, не попавших под мою собственную чистку. Он уже показывал свою стойкость в весьма напряжённых ситуациях.
— Но с людьми он никогда не сражался? — подтолкнул меня рыцарь.
— А-а, — простонал я, наконец поняв. Уничтожать чудовищ — одно дело, но убивать собратьев-людей — дело совсем другое. Надо было сразу понять. «Насколько же я пресытился насилием, если мне это даже в голову не приходило?». — Насколько было плохо?
Томас поморщился:
— Для большинства из нас — брутально, как и любая война. Большинство солдат видели, как товарищей рядом с ними рубили на куски, и никогда не приятно видеть лицо другого человека, когда вонзаешь меч ему между рёбер. Не уверен, каково это — сражаться с помощью магии. Ему не пришлось никого убивать своими руками, но он очень многих перебил какого-то рода магическими вращающимися клинками. А потом, в конце, он загнал одного из выживших магов в угол, сразив его охрану, и захватил коротышку-мага живым. Кое-что из этого было весьма кровавым.
— Но для меня, по крайней мере, хуже всего был драконий огонь, — добавил Томас. — Вид сгорающих за живо людей — почти самое худшее, что вообще можно увидеть, или услышать… или этот ужасный запах.
От его описания я вздрогнул:
— Не напоминай.
Томас кивнул, извиняясь:
— Прости. Если по какому аспекту уз земли я и не скучаю, так это по возможности использовать огненную магию солнечного меча. — Он похлопал по прислонённому к его стулу зачарованному клинку. — В общем, можешь гордиться своим сыном. Уверен, что сейчас он сожалеет об этом, но он выиграл нам сражение. Если честно, то сперва принял его за тебя.
Я хохотнул:
— Мы правда похожи.
