Теон кивнул.
— То, что мертво, умереть не может! — крикнул кто-то из матросов.
— То, что мертво, умереть не может, но восстаёт вновь, сильнее и крепче, чем раньше! — крикнул Теон, стукнув кулаком по груди.
После этого он сел и решительно ударил вёслами по чернеющим водам Пепельной, направляя лодку против течения и прогоняя мысли из головы.
К закату он уже уплыл довольно далеко от Асшая. Высоченные горы нависали с обеих сторон; течение было не очень быстрым, но всё же Теон устал, и не только от постоянной гребли, но и от какого-то тяжёлого ощущения. То ли оно было вызвано странным удушающим запахом, исходившим от вод Пепельной, то ли сам воздух был каким-то неприятным, словно ядовитым, и не вдыхался свободно в лёгкие, а как будто растекался по телу, отравляя собой каждую его клеточку. Теон вспомнил рассказы о том, что в Асшае ни у кого не рождаются дети. «По крайней мере в моём случае ничего не изменится», — мрачно усмехнулся он про себя, вытащив лодку на скалистый берег и достав солонину. Вокруг было очень тихо; если здесь и обитали чудовища, то они явно не спешили дать о себе знать, но на всякий случай Теон постоянно держал лук со стрелами при себе. Сумерки пролетели быстрее, чем Теон закончил свою трапезу и устроился на ночлег под нависавшей скалой. Железнорождённому, однако, не спалось. Страх не отпускал, а напускная бравада улетучилась без следа; чтобы развлечься, Теон стал осматриваться. Воды Пепельной в темноте стали светиться бледно-зеленоватым светом, совсем непохожим на мягкий свет луны, но каким-то мёртвым и гнетущим. На противоположном берегу скалистый склон тоже светился, похожим светом; то была призрак-трава. Теону стало интересно разглядеть это ядовитое растение вблизи, и он решил, что на следующий день непременно сделает это.
Ему снилось воинство Бездны; не только тени и сгустки мрака, но и жуткие, невообразимо уродливые создание бросались на уже знакомых Теону существ с щупальцами и перепонками. Глубоководные держали оборону, но силы были неравны. Наконец, самый большой и сильный Глубоководный упал, протяжно булькая и истекая кровью. Теон прислушался к предсмертным хрипам существ, связь с которыми уже неоднократно спасла ему жизнь.
— Беги… Спасайся… Тьма… Смерть…
Теон так и не понял, обращаются ли Глубоководные к нему или просто пытаются дать дельный совет выжившим и убегающим от преследования товарищам. Где-то вдали показался чёрный город, в сторону которого они убегали. Такой же чёрный, как Асшай и Йин, но больший по размеру. Неужели Стигай, подумал Теон? Возможно, он на верном пути?
Он проснулся от мерзкого чавканья. Уродливая слепая рыба наполовину высунулась из воды и хватала кость, брошенную Теоном во время ужина. Теон помнил, что этих рыб тоже не следует ловить и есть, и предоставил мерзкому созданию заниматься далее своей отвратительной трапезой. Надо было собираться. По его расчётам, до Стигая было около двух недель пути, и ему следовало поторопиться, ведь запасы еды и воды были не бесконечны. Позавтракав, железнорождённый столкнул лодку в реку и сел за вёсла.
По мере плавания скалы всё теснее смыкались вокруг реки, и в скором времени Теон перестал видеть солнце, за исключением коротких полуденных мгновений. Река становилась всё более узкой и быстрой, и Теону было всё тяжелее грести против уже весьма бурного течения. Время от времени в горах попадались тропинки, но Теон помнил наказ не сворачивать с реки, тем более однажды, когда ему захотелось разглядеть одну из таких тропинок и он подплыл к берегу, совсем рядом раздался жуткий вопль, напоминавший не то крик виверны, не то рёв дракона. Теон немедленно вернулся на середину русла и пару часов грёб так, как никогда в жизни, но неведомое чудовище не стало показываться.
Лёжа вечером на небольшой поляне среди высокой, выше человеческого роста, призрак-травы, Теон рассматривал её вблизи. Как ни странно, стебли травы не были однородны, и светились они тоже неравномерно. На вид они были прозрачные, как будто стеклянные, с узелками, в которых были как будто фонарики, заливавшие весь стебель мертвенно-бледным светом. Теон помнил, что трава ядовита, но не удержался от того, чтобы взять и оторвать стебель, чтобы разглядеть получше. Едва он это сделал, как тут же охнул от боли и бросил стебель, из которого вытекало что-то светящееся. Он потрогал перчатки и с удивлением заметил, что они как будто разъедены чем-то. Похоже, у этого растения едкий и ядовитый сок, решил Теон. Что ж, ирония судьбы — Рамси изуродовал его руки, а теперь это странное растение добавляет.
— Да, не ожидал? — Рамси стоял рядом, как всегда, улыбающийся своей мерзкой улыбкой. — Вот мы и встретились снова, мой славный Вонючка.
Как ни странно, Теон не испугался.
— Тебя здесь нет. Ты мёртв. Ты мне просто снишься. Это кошмар, — спокойно сказал Теон.
Рамси взял стебель призрак-травы и слизнул каплю ядовитого сока. Затем он довольно причмокнул.
