Лорени, сколько себя помнил, был извечно любимчиком не только своих родителей, но и окружающих его людей. Мама в нём души не чаяла. Отец, после её смерти, потакал всем капризам своего любимого ангелочка. Тётки сюсюкались с ним до сих пор, позволяя всё, даже алкоголь и групповой секс, предоставляя для него специальных «чистеньких» и очень красивых милашек. Шоршель был тем местом, где можно было окунуться в разврат и веселье, однако, и здесь нужно было быть осторожным. Лорени был совершеннолетним. Однако, пить и прозябать ночи напролёт в клубах сомнительного происхождения было, мягко говоря, не прилично. Особенно, если ты имеешь ТАКОГО отца.
Но Лорени в пик своей молодости и наглости, честно говоря, плевал на всякие там мелкие законы. Хотя, устав чтил и верил в него. Правда, верить становилось всё труднее и труднее, потому что рядом, вместе с ним, в одном заведении учился СЫН ПИРАТА!!!
Лорени ненавидел пиратов лютой ненавистью. Он готов был всех их уничтожить, может, поэтому и пошёл по стопам отца. Злость его была обоснована. Пираты бесчинствовали на просторах Великих Вод долгое время, и всё это время никто, даже мировой морской союз, не мог их успокоить. Потом в царстве Ансэрит случилось горе, умер их царь, и на смену ему пришёл его сын, пятилетний мальчишка. Лорени был тогда совсем крохой. Но эту историю знают все. И вроде пираты успокоились, смирились с безысходностью того, что ими управляет совсем ещё ребёнок. Однако, по истечению нескольких лет, один из пиратов поднял восстание, вышел в просторы Великих Вод, и снова корсары начали свои бесчинства. Так продолжалось несколько лет, а потом адмирал Иренди придумал очень опасный план, как угомонить морских разбойников. И действительно угомонил, убил самого опасного и бесчестного пирата Охура Джан Гура, стал героем и адмиралом. Потом через полгода дорос и до директора Академии.
Всё было прекрасно и хорошо. На семью Иренди сыпались золото и богатства. Правители одаривали отца драгоценными вещами. Но мама с каждым днём истаивала на глазах у маленького Лорени, как туман исчезает по утру. Она всегда была больной, а переживания за мужа оставили свой грубый и неизгладимый след на здоровье женщины. Через пять месяцев после окончания той страшной битвы, она умерла. Лорени тогда было восемь лет.
Вот и вся история ненависти юноши к пиратам. Они убили его мать. Не выстрелив и не проткнув её сердце рапирой. Они истерзали её душу и нервы по мужу, которого она каждый день и каждую бессонную ночь выглядывала в окна их дома и ждала. Лорени страдал очень сильно. Боль от потери любимой мамы сжигала его сознание ненавистью к корсарам, но поделать мальчишка ничего не мог. Тогда-то он решил пойти по стопам отца, хотя обещал маме этого не делать.
- Ах, милый, – всплеснула руками пухленькая, ярко накрашенная и слегка вульгарно одетая женщина, вырвав Лорени из воспоминаний. Тётка Моски, как всегда, была жизнерадостна, красива и немного уже стара. Что не говори, а годы брали своё. Женщине несколько месяцев назад стукнуло сорок шесть. Замужем никогда не была, хотя детей имела. Правда, они разлетелись кто куда, но уж точно не пошли в Морскую Академию, как сделал это Лорени.
Женщина стояла на пороге его комнаты в клубе «Шоколадная морячка». Здесь у юноши было, так сказать, укромное местечко. Комнатка была небольшая, но всяко просторнее тех, которые занимали девчонки. Это питейно-развлекательное заведение звалось гордо клубом, но на самом деле было обыкновенной таверной и борделем, где могли утолить свою жажду по алкоголю и женщинам простые моряки. Хотя, иногда захаживали сюда и капитаны с адмиралами. Но для них, как и для Лорени, была отдельная дверь.
- Привет, – отозвался юноша и, скинув сумку с плеча, стянул мокрый мундир. Кинул его небрежно на пол. Тётка тут же метнулась к одежде и, подобрав её, как-то трогательно и ласково посмотрела на своего племянника. Нравилось Лорени, что вокруг него прыгали на носочках.
- Мой сладкий, – ворковала тётка, развязывая галстук-бант и расстёгивая на мокрой рубахе пуговки. Иренди ей даже не пытался помочь. – Ну, надо было взять зонт, – ласково упрекала она его. – Ох, уж этот Хэнги, чёрт бы его побрал, вечно где-то прозябает, а мой сладкий котёночек мокнет под этим сраным дождём.
Голос Моски постоянно изменялся, пока она говорила сию тираду. А потом в проёме мелькнула тоненькая фигурка девушки, и тётка тут же обратила на неё внимание, кидая ей в руки мокрые вещи.
- Люи, приготовь горячую, травяную ванну и сестёр позови, – потом повернулась к Лорени, расстёгивая ему ремень. – Сейчас, мой сладкий, мои кошечки тебя обогреют, обласкают. Вылижут всего и спатушки уложат.
Люи после приказа хозяйки испарилась, штаны с Лорени были сняты, как впрочем, и трусы. Тётку юноша не стеснялся, там у него было всё в порядке. Как и её девочек, которые тут же ворвались в комнату, заворковали вокруг племянничка хозяйки и потом потянули в ванну.
