- Мне надоело бегать за Цурбусом по твоей наводке, – Яфси хмыкнул и выбросил остатки мороженого в стоящую недалеко урну. Не попал. Шарики вывалились из вафельного рожка и вместе с ним упали рядом с корзиной. – Я лучше по-своему завоюю этого красавчика. И когда он мне вставит свой большой и толстенький, я тебе об этом не скажу.
Развернувшись, он пошёл прочь, оставив Лорени со своими мыслями наедине. Несколько минут Иренди стоял столбом, а потом медленно пошёл в сторону общаги. Душа совсем извернулась, вывернулась и скукожилась. Потом забилась рваной тряпкой, а не птицей, в клетке, и Ло показалось, что его душа действительно полна грязи и гнили.
Как дошёл он до своей комнаты, Иренди смутно помнил. По дороге ему ещё встречались его друзья, которые поддерживали его, смеялись над Цурбусом и его вспышкой гнева, извращали его слова, полные… боли. Вставив ключ в замочную скважину, Лорени в этот момент признал только одно, всё-таки не стоило трогать его маму. Оказывается, он её тоже любил. Но мать, родившая от пирата, тоже пират и, значит, не достойна зваться человеком! Но она мать… И Бахму, кажется, тоже её любит, как Лорени любил свою маму?
Войдя в комнату, он закрылся и некоторое время стоял столбом, оглядывая просторы своего жилья. Потом закинул сумку в угол, прошёлся до ванной комнаты, открыл дверь, щёлкнул выключателем и, сделав несколько шагов, оказался возле мойки. Включил воду, плеснул в лицо прохладной воды и посмотрелся в зеркало. «Урод»! – всплыло в сознании, и он сжал зубы, шлёпнув ладонью по зеркалу, словно пытаясь скрыть от глаз своё отражение. Да, он урод, не красив, не идеален, но всем он нравится. Все вьются вокруг него, и девчонки в клубе тётки постоянно говорят, что он самый милый и сногсшибательный парень на свете!
Мысли опять запутались. Вот снова в сознании всплыли крики о его гнилой душе. Потом Яфси, ублюдок, тоже сказал это. Он, что, слышал? Ааа, наверно, тот услышал крики Цурбуса и повторил. Конечно, как такой дурачок мог додуматься до такого? А Бахму, этот пиратский ублюдок, как ему вообще взбрело в голову сказать такое.
Время бежало, и чем больше оно отсчитывало минут с того события, тем больше Лорени приходил в себя. На улице уже стемнело и потянуло прохладой, оповещая порт о том, что движется шторм. Слова и действия Бахму его раздражали всё больше и больше. Радость от того, что его арестовали окрыляла, но спокойствия не приносила. Сколько раз он просил отца выгнать пиратского ублюдка, но тот постоянно говорил, что не имеет права этого делать. А Лорени, если честно, было на это насрать! Но не он был директором, а его отец, и всё же любимый папочка не мог сделать такого подарка для любимого сыночка. Это сегодня раздражало ещё больше.
В десять часов вечера Лорени покинул комнату общежития и уверенно направился в кабинет к отцу. В последнее время он только там и пропадает. Злость юноши вновь приобрела яркий, характерный оттенок, так и хотелось напиться. Да, после того, как поговорит с отцом, надо будет отправиться к Моски, надраться до посинения и натрахаться до охренения. Да, натрахаться, женщин натрахать, потому что в отличие от некоторых – ОН МУЖИК!
Хэнги он нашёл вовсе не в кабинете, а на тренировочной площадке. Адмирал как раз закончил решать кое-какие вопросы и направлялся в свою обитель. Здесь они и столкнулись.
- Надо поговорить, – сказал, как плюнул, в лицо отцу сквозь зубы юноша, и, ничего больше не говоря, направился в его кабинет. Хэнги кивнул нескольким преподавателям, попрощался с ними и медленно направился следом за спешащим сыном.
- И что ты с ним будешь делать? – спросил с ходу Лорени, как только директор переступил порог собственного кабинета. Он осторожно прикрыл дверь.
- С ним, это с кем? – тихо и спокойно спросил Хэнги, проходя к своему столу.
- С этим ублюдком, – выплюнул противное слово Лорени. – Его надо выкинуть из Академии, либо запереть за решёткой. Он приставал к Яфси. Он оскорбил меня. Он на меня набросился…
- А бил его ты, – закончил за сына адмирал и посмотрел тяжёлым взглядом на юношу. Как и предполагалось, Лорени затрясло.
- Я защищался!
- Ло, – спокойно и даже ласково проговорил мужчина. – Перестань. Хватит трогать этого парня. Не пойму, почему ты его так ненавидишь?
- Он убийца! Он сын убийцы! – кричал Лорени, размахивая руками, словно пытаясь разрезать ими воздух. – Они убили маму!
- Её никто не убивал, – успокоительным тоном произнёс Хэнги, понимая, что не стоило задавать этот вопрос, когда Лорени был в таком состоянии. – Она умерла от…
- Да! Умерла! А почему?! Потому что потратила все нервы, дожидаясь тебя с той злосчастной войны! Вот почему! Пираты – это зло, это дерьмо, это…
Хэнги со всего размаху обрушил ладонь на столешницу, прекратив бесполезные, не имеющие основания, выкрики сына. На полного злости и гнева Лорени было жалко смотреть. Адмирал никогда бы не подумал, что его сын станет таким ненавистником пиратов.
- Перестань, – спокойно попросил его директор, но Лорени затряс головой, зарычал и бросился прочь из кабинета.
