С трудом вернувшись к текущему моменту, я понял только, что Лилит отправится в Пущу к Василию, а проводят ее ведьмак Габриэль, которого духи пустят в любом случае, и волколак. Я невольно нахмурился. Получается, у Кали теперь вообще развязаны руки, и в любой момент она снова может предпринять попытку "не мешать" мне и Николетте. С другой стороны, поговорить с девчонкой начистоту, да и дело с концом. Что я в самом деле? Объяснить ей не смогу, что в этом случае ее шансы на выживание повышаются? Смогу.
Я встряхнулся, проследил за убегающим вдоль улицы волколаком, и последовал за всеми на постоялый двор. Кали права, маги или нет, но выспаться после полутора суток бодрствования никому не помешает.
Пока мы ждали заказанный завтрак, стихийница поманила за собой Иммераля и Габриэля на задний двор, походя бросив хозяину золотую монету.
Снять клятву на крови практически невозможно. Я обогатился этими знаниями во время поисков в архивах и библиотеках совсем другой информации, но да ладно. Интересно было, конечно, как оно у других стихий. Тем более, что таких могущественных магов, как Кали, было по пальцам одной руки пересчитать. Так вот, снять такую клятву можно, только передав другому. В идеале, согласному на это, но такие дураки встречались редко. В общем, главное, чтоб был тот, кто может ее на себя принять.
То, что эльф вызвался добровольно, конечно, облегчало задачу, но не настолько, чтобы сделать ее простой. Да и если бы мужики не продрыхли всю ночь, говорить было бы не о чем. Колдовство это выматывало до дна. И вряд ли бы бабки стали рисковать добровольными помощниками своей Летты. Им, конечно, давно плевать на чужие жизни, но марену они явно любили и заботились о ее безопасности изо всех сил. Даже стихийница, настойчиво сватавшая девчонку за старого Ловца, явно желала ей добра.
Марена с беспокойством посмотрела на захлопнувшуюся за спутниками дверь, и перевела взгляд на Лилит:
— А что она с ними делать будет?
Пиритка пожала плечами, а я решил блеснуть знаниями:
— Призовет на помощь стихии, — начал я. — Камнем разрежет плоть, водой вытянет кровь, ветром отделит клятву, огнем запечатает рану. И второму примерно то же самое, только клятву соединит с кровью.
— Звучит несложно, — хмыкнул вампир.
— Только звучит, — выдохнула Лилит, явно понимая. сколько сил нужно на то, чтобы все это реализовать.
— Забыл сказать, — зло усмехнулся я, бросив раздраженный взгляд на Алекса. — Камень ей предстоит собрать из песка, для каждого — свой, воду достать из воздуха, а огонь — призвать из-под земли. С воздухом попроще, конечно, но вес клятвы делает его практически неподъемным. Уронить тоже нельзя — это убьет всех троих участников ритуала на месте. А так — да, несложно...
Тут я заметил, какая бледная сидит Николетта. Темные дни! Переживает что ли? За жизнь других? Зря, наверное, рассказал. С ума сойти... Я покачал головой, представив, что девчонка переживает за меня. По рукам под курткой пробежали мурашки, а кровь глухо зашумела в ушах. По телу прокатилась волна невозможно-мучительного желания. Спокойнее, Кемстер, спокойнее... Спокойнее получалось плохо. Не помню, когда со мной и было такое последний раз...
Проморгавшись, я поймал насмешливый взгляд вампира. Ну, прав ты оказался, кровосос-извращенец! Радуйся себе молча!
Заказ нам принесла смазливая подавальщица, но, скользнув взглядом по аппетитной фигурке, я с удивлением понял — не хочу. Оказывается, и так бывает. То есть... Вот так оно, похоже, и бывает... От размышлений о капризах собственного организма меня окончательно отвлек хлопок двери черного хода. В обеденный зал ввалились участники уникального ритуала. Бледные, осунувшиеся с черными кругами под глазами. Бабка тяжело опиралась на руку освобожденного от клятвы ведьмака. Было заметно, что и ему нелегко, но худая старушечья лапка, больше похожая на птичью, заметно дрожала.
Тяжело опустившись на лавку, наколдовавшаяся ведьма со вздохом откинулась на спинку и прикрыла глаза.
— Кали, ты как себя чувствуешь? — обеспокоенно приподнялась со своего места марена, вглядываясь в лицо стихийницы.
— Как выгляжу, так и чувствую, — ехидно прохрипела старуха. — Де...ый ритуал, все силы выпил...
— Эт какие силы, подруга? — обеспокоилась пиритка.
— Да уж не магические, — открывая глаза и выпрямляясь, с усмешкой заверила Кали, обводя всех лихорадочно блестящим взглядом. — Вы как, парни?
Эльф и ведьмак, с трудом ворочая языками и проглатывая слова, заверили старуху, что у них все прекрасно. Я хмыкнул и неловко придвинул тарелки им поближе. Все познается в сравнении. Благодарно кивнув, мужики принялись за еду.
— Может, тебе помочь? — все еще беспокойно спрашивала Лилит подругу.
— С ложечки, что ли покормишь, — хмыкнула вредная старуха. — Ты, чай, не мужик, да и романтики тут никакой...
С трудом подхватив ложку, она принялась за еду, кажется, даже не жуя.
— Не подавись, — буркнула пиритка, приступая к своей порции.
