Но сейчас — Одесса как-то изменилась с тех пор, как он был здесь крайний раз… неуловимо, но изменилась. Больше грязи на улице, больше какой-то неустроенности. Появились зачем-то расписанные в цвет национального флага стены… Ангел по опыту знал, что там, где такое есть — там беда, есть или вот — вот будет.
На углу стояла какая-то палатка, люди в камуфляже собирали на АТО. То есть, на войну.
Ангел не понимал смысла этой войны. Вообще. Он, прошедший Ирак и своими глазами видевший трагедию целого народа, оккупированного, а потом принявшегося в оккупации убивать не оккупантов, а друг друга, он видевший и знавший все безумие латиноамериканских войн и диктатур — просто не мог поверить, что эти люди, беззаботные веселые люди, русские с юга — впустили себе в дом войну. Что Москва пошла войной на Киев, а Киев на Москву, что здесь, ради непонятно каких интересов — умирают люди. Воистину… эти люди жили слишком легко и беззаботно, чтобы не ценить и не беречь то, что им так легко досталось — мир и гражданское спокойствие. Надо пожить там, где этого нет, чтобы понять — какая эта ценность. Пожить там, где над головой — парят дроны, где даже в богатых домах — отапливаются буржуйкой, где сосед — готов тебя убить, тебя и твою семью только потому, что ты по-иному молишься Аллаху. Вот тогда…
Впрочем, это его не касалось — пока. У него была своя цель — и он шел к ней с неотвратимостью самонаводящейся торпеды…
Где живет генерал — он знал, узнать это не составляло никакой проблемы. А вчера — он долго рассматривал это место посредством камеры, установленной на журналистском дроне — квадрокоптере и подобрал себе подходящую лежку. Благо Одесса город холмистый и найти подходящую точку — не такая большая проблема…
Одесса — город старый и одновременно с этим — город ветхий. Здесь нет никакой проблемы найти «заброшку» — даже в центральных районах. Старые, сознательно не ремонтируемые (под снос) дома соседствуют с новенькими, уродливыми многоэтажками. К тому же город очень холмистый, что предоставляет дополнительные возможности.
Первый раз он прошел мимо — надо убедиться, что дальше по улице нет камер видеонаблюдения — сейчас с этим целая проблема, в западных городах просматривается вообще все и двадцать четыре часа в сутки. Он специально прошелся по улице дальше, мимо нужного ему дома, осматриваясь по сторонам. Вата за щеками, линзы, меняющие цвет глаз и парик — делали его почти не узнаваемым. А огромный оперативный опыт и три года выживания на багдадских улицах — доводили вероятность успеха почти до ста процентов. Он осматривался, ища любые признаки засады… слишком мало людей на улице, закрытые в рабочий день магазины и другие заведения, блеск оптического прицела или прибора наблюдения в окне, человек на крыше, автомобиль или того хуже фургон с лишними антеннами, мотоциклисты. Но ничего этого не было. И камер не было.
Он повернулся и пошел назад. Напротив нужного дома смущенно оглянулся — будто прижало и шагнул в темноту подворотни…
Единственный риск был — встретить наркоманов, которые обожали такие места — но наркоманов не было. Были шприцы, пахло мочой — но наркоманов не было. На стенах — надписи АСАВ и Слава Украине.
Героям слава…
У него был пистолет — на всякий случай — но он и не подумал его доставать… только дурак достает пистолет, если не видит непосредственной опасности. Этаж за этажом он начал подниматься наверх, удивляясь тому, что такое роскошное старинное здание стоит в таком состоянии. Разбитая лепнина, едва держащиеся лестницы. В Вене дом бы отреставрировали и квартиры в нем ушли бы по миллиону евро.
Но это была не Вена…
В нужной ему комнате — со стен косматыми лохмами свисали старые обои. На полу валялось какое-то тряпье…
На потолке — он нашел крюк, видимо предназначавшийся, чтобы на него вешать люстру, подергал — держится. Достал моток толстой веревки, в несколько движений сделал что-то вроде двойной петли. Одну часть зацепил за крюк… отлично. Совсем как в снайперском вертолетном патруле, которые проводились в Ираке.
Из кармана он достал небольшой прибор, совмещавший в себе бинокль и лазерный дальномер, промерил расстояние. Запомнил. Кестраля у не было, вместо него он пользовался специальными часами Суунто Альфа. Часы, с виду обычные спортивные — имели тот же набор функций, что и применяемая снайперами карманная метеостанция Кестраль и даже больше — в них была функция определения направления стрельбы по звуку, что Анхелю сейчас было не нужно. Стрелять собирался он сам.
Анхель снял со спины и раскрыл рюкзак. Начал доставать из него детали снайперской винтовки…
