- Нет! - Лери довольно улыбнулась. - И не должен был никто умирать! Просто людям всегда лень думать, вот и все. Ты знаешь, как голубые и зеленые могут взять да и ударится в панику? Это-то и произошло. Когда наездники заболели, их драконы запаниковали, вместо того чтобы поддержать своих всадников.По правде говоря, возможно, что в теории Джаллоры о том, что паника и привела к смертям, что-то есть... - Лери на мгновение задумалась. - Джаллора - молодой врачеватель, присланная к нам из мастерской лекарей, вместе с двумя учениками - пояснила Лери. - Ты была очень серьезно больна. Сказалось крайнее утомление - Собрание, бессонная ночь, потом Падение и тяжелая работа по восстановлению крыла Диленха. С ним, кстати все в порядке. Да, так вот, твоя Орлих так сильна, и ты ей настолько необходима, что умереть у тебя не было ни малейшего шанса. Вы вместе выступили против болезни единым фронтом - и это нам кое-что подсказало. В общем, мы связались с королевами Вейров и порекомендовали им приглядывать за заболевшими всадниками. Приглядывать и не давать им умирать! Все-таки наши Вейры не так переполнены, как рядовые холды или мастерские. Смешно, если крепкий наездник становится жертвой какой-то там вирусной инфекции.
- Сколько же народу заболело, что Вейрам пришлось объединиться для вылета на Падение?
- Ты только не волнуйся, - кривилась Лери. - Почти три четрверти каждого Вейра, кроме Плоскогорья, прикованы к постелям. Мы сами едва наскребли два полных крыла, способных отправиться на Падение в Иген.
- Но ты говоришь, что мастер Капиам нашел лекарство?
- Способ предохранения. Вакцина. И ее пока недостаточно. Госпожи Вейров решили, что первым вакцинации, - Лери запнулась на этом новом для нее слове, - будет подвергнут Вейр Плоскогорье. Когда сыворотки станет побольше, дойдет очередь и до других Вейров. Сначала наездники, - Лери начала загибать пальцы, - потом лекари, за ними лорды холдов и другие мастера... Сейчас барабаны прямо-таки горят от бесконечных призывов Капиама искать всех, выздоровевших после болезни. Толокамп не знает, что с ним делать!
- Значит, Толокамп здоров?
- Он не выходит из своей комнаты.
- Для женщины, которая все свое время проводит в Вейре, ты очень хорошо информирована!
- К'лон мне обо всем докладывает, - усмехнулась Лери. - К счастью, у голубых отменный аппетит, и хотя Капиам и утвержадет, что драконы и стражи не могут заболеть, лучше все-таки питаться гарантированно не зараженным мясом. Вот поэтому-то К'лон и прилетает домой поесть. Каждый день.
- Но драконы не едят каждый день!
- Голубые драконы, которым приходится два раза в час проходить Промежуток - едят. - Лери сурово поглядела на Морету. - Я тут получила записку от Капиама, еле-еле разобрала его почерк, где он не нахвалится на усердие К'лона...
- А'мури?
- Поправляется. По правде сказать, чуть не умер, но как только я поняла, как важна поддержка дракона для скорейшего выздоравления наездника, я тут же попросила Орлих связаться с Гранхом. У Л'бола умерли оба сына, и он места себе не находит от горя. С М'тани стало совершенно невозможно разговаривать, но он ведь сражается с Нитями дольше нас всех и теперь рассматривает эту эпидемию как личное оскорбление. Если бы не С'лигар и К'дрен, у нас наверняка возникли бы проблемы с Ф'галом. Он совсем пал духом.
- Лери, ты о чем-то умалчиваешь.
- Да, милая моя. - Лери нежно потрепала Морету по руке и протянула ей наполненную из фляжки кружку. - Выпей это.
Морета послушно пригубила напиток и уже собралась спросить, чего это Лери туда намешала, когда ощутила мягкое прикосновение в глубинах своего сознания. Орлих.
- Твой родной холд... - голос Лери задрожал. С ней такое бывало, но на сей раз Морете почему-то сделалось страшно. - Он очень пострадал... Два дня оттуда не поступало никаких сообщений. Тогда арфист из Керуна спустился вниз по реке, и... в общем, там все были мертвы.
- Все? - ошеломленно переспросила Морета. В холде ее отца жило более трехсот челвек, не считая тех, кто нашел себе убежище в скалах у реки.
- Выпей!
- Все мертвы? Даже ни одного пастуха с табуном?
Лери печально покачала головой.
- Умерли не только пастухи, но и все кони, - еле слышно прошептала она.
Морета и представить себе не могла масштаба подобной трагедии. Как это ни странно, но гибель коней кольнула ее больнее всего. Она покинула свой холд двадцать Оборотов тому назад. Она от всего сердца скорбела о гибели своих родных... она любила свою мать, братьев и сестер, очень уважала своего отца. Но беззащитные кони... кони, которых разводили вот уже восемь поколений ее предков... их потеря казалась особенно несправедливой.
Слезы текли по щекам Мореты, но она ощущала себя как-то странно отрешенной от своего тела. Она словно наблюдала за собой со стороны. "Лери явно что-то подмешала в это свое вино", - поняла она. Старая наездница внимательно глядела на нее - на морщинистом, усталом лице - печаль и сочувствие.
- Что, так все кони и погибли? - наконец, спросила Морета.
