- Отправлюсь с Молчуном на переговоры, - сказал Кобра. - После присоединюсь к Сове, если потребуется.
- Путь выложен проводами, да искрят они, на коже ожоги оставляя…, - пробормотала Сова, почёсывая Малину и вслушиваясь во что-то внутри наушников, но открыв для Кобры одно ухо. Кажется, это было согласие. Затем она подняла очень внимательный взгляд на Кобру.
- Если что-то случится, и мы разделимся - встретимся за Жеччедрелом, у Западных Провалов. Там есть множество давно заброшенных пещер, ведущих в подземную Десейру, - перешёл Кобра к запасному плану. - Если конечно информация верна. Но это единственное хорошее убежище, до которого в случае чего можно добраться за пару дней. Если что пойдёт не так, мы будем ждать там остальных три дня. На дольше оставаться опасно. Если мы потеряем Исследователя, то нам нужно всеми силами его отбить. Или умереть.
- Не забывай, у нас ещё Дом Крови на хвосте, Марк, - заметил Ворчун.
- Кровь течёт ручьями по песку, да в нём не осаждается, - пробормотала Сова.
- Не забываю. Знайте, пока мы находимся в Жеччедреле, мы не в безопасности. Рейдеры не любят инфернальные дома, но это не значит, что они примут нас с распростёртыми объятиями или точно избавятся от наших преследователей. Наша задача - как можно скорее починить Исследователя, укрепить его по возможности и, как там в Найроте говорят, дельнуть?
- Дельтануть, бача, - поправила его Голди с усмешкой. - Слог пропустил.
Кобра довольно кивнул. Голди всё-таки слушала, о чём он говорил.
- Дельтануть, - повторил он, усмехнувшись. - Моя воля, не совался бы в этот город. Для тех, кто не знает, там полно людей, способных убить за робкий взгляд, и никто их не остановит. Мы сами зубастые рвачи; если назревает конфликт, бейте первыми, не просите прощения. Чем вы бешеней, тем больше шансов, что вас оставят в покое.
- Если я прострелю быкующему ублюдку его внутренности, за него впишутся только его товарищи, а? - Голди подняла бровь, уточняя.
- Что-то в этом роде, но я не назвал бы этих разумных безразличными. Они приходят в бешенство, когда чуют кровь; будьте готовы к тому, что развязанная драка может резко разрастись. Если вы начали, старайтесь сразу закончить, а если не вышло, то выбирайтесь из неё. Выживут те, кто ушли первыми или пришли последними и ничего о драке не знали, ясно?
“Словами дела решаются, когда каждая реплика написана кровью… Даже учитывая, что многие из рейдеров без понятия как читать”.
- Потому что глава, если будет разбираться, накажет зачинщиков?
- Ага.
- А если мы вдруг убьём главу? Мы станем новой главой?
- Нет, вы развяжете местную локальную войну, и тот, кто напугает остальных сильнее, станет новым главой. На место убитых приедут те, кто ранее боялся соваться, и цикл сделает ещё один виток. Насколько я помню, за последние лет десять у Жеччедрела было всего пять варбоссов, что продержались больше года.
- Глава будет жить, - Молчун дал понять, что вопрос с убийством Руги не обсуждается. Голди хмыкнула.
- Теперь, если вопросов не осталось…, - Кобра почувствовал нахлынувшую усталость, заставившую плечи опуститься, - объявляю брифинг закрытым.
***
Из носа текла кровь. В плече - раскалённое сверло средь ледяной плоти. Пуля, выпущенная когда-то самым родным инферлингом, причиняла теперь невероятную боль.
- Погляди, во что ты превратился.
Она хмыкнула. По её бронзовой коже пробежали отблески гудящего вокруг пламени, закрывшего их от чужих взглядов.
- Ни твой демон, ни даже твои друзья не помешают тебе наконец-то увидеться с семьёй. – Она снисходительно улыбнулась, покачав головой.
- Ты мне не семья, Иринда, - Марк фыркнул, утирая только начавшие прорезаться усы, залитые кровью, и положил руку на подвеску с тремя змеиными клыками, что болталась у него на шее. - Ты перестала ею быть, когда выбрала месть вместо нашего клана.
- Мой дорогой сын, - она выдохнула почти разочарованно, но небольшая триумфальная улыбка всё равно осветила её лицо. - Как бы ты не отрекался от меня, в тебе течёт моя кровь. Никто из “клана” не может такого сказать. Когда они убили твоего отца, они оскорбили этим клан, это правда, но в первую очередь, они оскорбили этим меня. Какое нам дело до них, простых десейрийцев, когда мы можем сверкать среди великих? В тебе течёт великая кровь, и в Инфернуме для нашего родича готовы величественные палаты. Её нужно только пробудить. Позволь мне.
Её чёрные глаза сверкали, хотя пламя в них почти не отражалось. Гасло, пожираемое тёмной магией. Марк негнущимися руками вытащил из ножен стальную заточку, перемотанную кожей, и наставил в её сторону.
- Пробудить? В тебе? Ценой моей собственной крови!? - он оскалил зубы, - Думаешь, я не знаю, да? Мне рассказали о ритуале! Тебе его совершить я не дам!
Он ранен, сильно. Но он молод, горяч; кровь в нём пылает ярко, словно солнце.
