На улице окончательно разбушевалась непогода, и только девушка подумала, не ворвется ли она внутрь, как окно распахнулось со свистом ревущего ветра и острыми каплями дождя. Почему-то именно сейчас вспомнился рассказ Игоря Петровича. Отбросив сжимающую душу мысли подальше и проклиная того, кто не закрыл окно плотнее, она с трудом поборола бурю и захлопнула неугомонную стеклянную платину.
– Ужас какой.
Навязчивая мысль о призраке не покидала ее голову. Боже, только не сейчас, руки начали трястись от волнения. Оперевшись ладонями в подоконник, девушка вдохнула несколько раз полной грудью, пытаясь унять внезапную панику. Раскат грома и яркая молния заставили ее вздрогнуть и отпустить назад, пока ноги не уперлись в койку. И тут ее плечо сжала крепкая ладонь.
Оглушительный крик заполнил палату. Девушка никогда в жизни не подумала бы, что сможет настолько поддаться ужасу. Сознание покрылось туманом. Перед глазами заплясали кошмарные картинки. С демоническими образами и кровавой расчлененкой.
– Боже!
О том, что произошло, ей хотелось думать меньше всего. Лишь бы поскорее убежать отсюда. В момент, когда медсестра бросилась к выходу, очередные руки поймали ее, вызвав очередной невольный крик. Послышался успокаивающий голос, Марина не сразу узнала в нем Игоря Петровича.
– Тихо, тихо, не стоит так кричать, иначе все проснутся раньше времени. Пациенты не всегда возвращаются, подобно блаженным ангелам, просто открыв глаза и удивленно осмотревшись по сторонам. Как ты? Все хорошо?
– Да, – голос пропал, и язык совершенно не слушался.
– Хорошо, иди и выпей водички, приходи в себя, – проводив трясущуюся девушку, врач склонился над всклокоченным телом. – Кристина? Ты меня слышишь? Давай, дорогая, возвращайся.
1
Кристина открыла глаза. Взгляд уперся в ночную темноту, с левой стороны тянуло свежестью. Кто-то из медсестер заботливо открыл окошко. Обычно в прохладном свежем помещении девушка засыпала, как младенец, но сейчас спать совершенно не хотелось. Стоило ей закрыть глаза, как страшные картины из недавнего прошлого начинали бешеную пляску. Плачущие родители, бегающие вокруг врачи, странный запах и невозможность самостоятельно пошевелиться.
В такие моменты Кристина сразу же подскакивала и упрямо смотрела перед собой, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Нет, ей совершенно не хотелось спать. Выспалась лет на десять вперед.
Взгляд вновь упал на потолок. Уличные фонари бросали свои оранжевые лучи на гладкую поверхность, задерживаясь на листве близстоящих деревьев, из-за чего над головой девушки образовывались причудливые тени. Включив фантазию, Кристина представляла себе необычных животных, ведущих охоту или же мирно играющих друг с другом. Или же это был целый город, со своими правилами и властью, где каждый занят чем-то полезным для остальных. Это был настоящий театр теней, и здесь девушка чувствовала себя ребенком, когда, просыпаясь по ночам, изучала ковер на стене, освещенный ночными фонарями.
Конечно, в таком возрасте мама не одобряла ее увлечение, особенно когда Кристина с придыханием рассказывала о каждом завитке на ковре, вообразив из него очередного персонажа своей истории. Но со временем и мама, и сама Кристина перестали обращать внимание на подобные мелочи, ибо взросление предоставило другие интересы, оставив детские фантазии далеко позади.
Мысли о маме едва не заставили Кристину расплакаться. Ужасно осознавать, что ей пришлось пережить. И папе тоже. Как ярки были их эмоции, когда двери палаты распахнулись.
Тогда открыв глаза в первый раз, Кристина вообще не поняла, где она, что она и кто все эти люди в белых халатах. Сознание никак не хотело приходить в норму, но девушка догадалась, что находится в больнице. Лишь только дикий страх сковал ее душу ледяной коркой. Кристина попыталась задать логичный вопрос, но лишь выдавила слабый стон.
– Не волнуйся, – один из докторов подошел ближе и доброжелательно улыбнулся. – Позволь объяснить. Ты пробыла в коме три недели. Хочешь узнать, как это произошло? Мы и сами не до конца понимаем. Возможно, ты сама нам расскажешь. Сейчас твое тело атрофировано….
Голова с трудом воспринимала большое количество слов, вместо звука сознание заполонила звенящая тишина.
«Нужен воздух. Срочно».
Но при попытке подняться девушка лишь слабо шевельнула правой рукой, в то время как остальные части тела наотрез отказывались слушаться. Паника дикой волной накатила на воспаленный мозг, а девушка могла только замычать, широко раскрыв глаза и показывая свои эмоции.
– Успокойся, Кристина, – вновь заговорил доктор. – Твои родители говорили, что ты будущий медик. Вспомни о теории, которую тебе преподавали, и возьми себя в руки. В остальном мы тебе поможем.
Кома.
Это слово гулким эхом отразилось где-то в районе грудной клетки. Как это могло случиться? Почему сознание так внезапно покинуло ее?
Нет, ей нельзя сейчас думать об этом. Психологическое состояние Кристины пребывало на грани падения в глубокий темный колодец. Нельзя поддаваться отчаянию и страху.
Держи себя в руках!
