Дима готовился принять ее смелый вызов, а смущение сгорело вместе с остатками самообладания. Пальцы твердо ухватились за бюстгальтер, и вот теперь от Димы не скроется ее измученное состояние. Налившуюся грудь обегали мурашки из-за мокрого холодного белья, и единственным желанием девушки было лишь одно – горячее прикосновение Димы к самым нежным и чувственным участкам ее кожи.
«Зачем нужен душ, когда ты единственный, кто может согреть не только мое тело, но и душу? Ну же, сделай это», – молил голосок в ее обезумевшей от неистового желания голове.
Но не успел бюстгальтер соскользнуть с нежной кожи, как Дима странно хмыкнул и направился к выходу.
– Чувствуй себя, как дома, – бросил он напоследок, оставив девушку в полном недоумении. Руки так и застыли за спиной, держа застежку, а сердце готовилось выскочить из груди.
Господи, о чем она только думала? Разделась перед Димой, надеясь вызвать у него хоть какое-то чувство? И что теперь подумает он? Наверняка, решит, что Кристина с ума сошла и пытается затащить его в постель.
Чувство стыда заглушило желание. Дура. Полная дура!
Белье Кристина сбросила себя с отвращением и швырнула на пол. Она ничтожна, раз не способна даже вызвать желание у мужчины. Дима оказался равнодушен не только к ее душе, но и к ее телу, но ведь он мог сказать хоть что-то. Почему он промолчал?
В огромной ванной Кристина не сразу нашла зеркало. Какой ужас! И кого она пыталась соблазнить этой мордашкой? Взлохмаченные волосы, растекшаяся тушь и красное, как помидор, лицо. Девушка невольно стукнула свое отражение.
Она ничтожна.
Горячая вода немного привела ее в чувства, но не избавила от томления внизу живота. Ей хотелось свернуться калачиком и раствориться вместе с водой, чтобы никто больше не мог найти ее и напомнить об этом позоре. Напряжение немного сошло, когда она начала растирать кожу душистым мылом, но стоило закрыть глаза, и перед ней вновь возник Дима.
С равнодушным холодным взглядом, обращенным на ее обнаженное тело.
Черт, почему это так возбуждает?
Покончив с душем и укутавшись в мягкое полотенце, Кристина вновь посмотрела в зеркало. Влажные волосы отливали лучами заходящего летнего солнца, а нежная розовая кожа делала девушку совсем юной и невинной. Увиденное порадовало Кристину, и она вернулась в комнату.
Брошенная ею одежда переместилась на сушилку, а сухая и свежая мирно покоилась на покрывале. Этот заботливый шаг со стороны Димы приятно согрел душу, но не избавил от понимания его безразличия. Стараясь не думать об этом, Кристина с любопытством оглядела приготовленную одежду.
Штаны были слишком большими и норовили упасть с ее бедер, поэтому девушка ограничилась лишь футболкой. Благо она хорошо закрывала все ее непристойные места, ведь белья на ней не было.
Кровать манила прилечь и забыться в объятиях Морфея, но Кристина не решилась своевольничать в чужом доме, несмотря на щедрое предложение Дима, брошенное напоследок. Все еще испытывая стыд, она непременно захотела его видеть. Извиниться за свой глупый цирк.
Спустившись вниз, Кристина не обнаружила молодого человека в гостиной. Чашка чая все еще покоилась на столе. Девушка мигом опустошила ее, подавляя жажду и морщась от лимонной горечи.
А если бы вино все еще било в голову, как бы она себя повела? Набросилась на него, сорвав одежду? От этих мыслей Кристина невольно улыбнулась.
Ничто бы не стерло этот позор, но она определенно была бы счастлива.
Димы нигде не было, и Кристина испугалась, что он вообще пропал. Вдруг их встреча была игрой воображения, а она стоит посреди пустого дома и пытается собрать в голове остатки реальности? Это было бы ужасно, если бы она не услышала шум в ближайшей комнате.
Дима с жаром колотил боксерский мешок. Кожа блестела от пота, а повлажневшие волосы неряшливо растрепались. Тело было напряжено, и Кристина видела каждый мускул, перекатывающийся под футболкой. Каждый удар сопровождался гневным рычанием и оскалом белоснежных зубов.
И как Кристина могла подумать, что он потерял форму? Его тело было идеальным, а зрелище слишком завораживающим, чтобы оставаться спокойной.
Это было выше ее сил. Кристина аккуратно пошла прочь, когда Дима, наконец, заметил ее.
– Пришла в себя? – запыхавшимся голосом поинтересовался он, смахивая перчаткой пот со лба.
– Немного, – она натянуто улыбнулась, чувствуя, как сердце начинает неистово колотиться. – Не знала, что ты занимаешься боксом.
– А я не занимаюсь, – парировал Дима. – Никогда не занимался.
– Удар хорошо держишь. Даже слишком профессионально.
– Было дело, – он загадочно улыбнулся, постукивая по мешку. – Когда мы жили в лесу, вдали от цивилизации, я разбивал свиные туши голыми руками. Получалась отличная отбивная.
– Вот как? – его слова заставили Кристину улыбнуться. – Только это было на мясокомбинате, руки защищены, а тебя звали Рокки Бальбоа.
Дима удивленно открыл рот, не зная, что сказать на ее выпад, но потом вовсе рассмеялся.
– Так все и было.
– Почти верю.
– Это отец занимался, он всегда поддерживал себя в форме. Я ему даже завидовал, ведь он для своего возраста был крепок, в сравнении со мной.
