(В пустоту.) Это, отец, наследственное. Ты мог бы гордиться — я пошел по твоим стопам. Правда, не все получается. Точнее, еще ничего не получилось. Их даже не ставят на учет в реквизиторской. (Куклам.) Почему вас не ставят на учет в реквизиторской? Я не спорю, вы далеки от совершенства, но хотя бы поставить на учет — на учет в реквизиторской — почему это нельзя? (Пауза.) Какое ужасное слово — «реквизит»! Словно клещами гвоздь из доски — «ре-кви-зит»... Бр-р-р. (Смотрит кукле в глаза.) Что, не нравится?.. «Ре-кви-зит»!.. Все-таки статус. Признание. Все-та-ки лучше, чем просто в корзине. (Стучит пальцем по плечу куклы. Ждет. Теряет к ней интерес.)
Пауза.
(Кукле с рыжими волосами.) Ты все время от меня отворачиваешься. Ты хочешь этим что-то сказать? Не смотри в сторону. (Поворачивает ее голову к себе, голова возвращается в исходное положение.) Не хочешь видеть меня? (Повернул голову — голова в сторону.) Я знаю, тебе хочется в ящик стола. Тебе не хочется с нами. Там темно, там другой мир. Что ты там позабыла? Неужели там кто-нибудь оценит твои рыжие волосы? (Опять повернул — опять отвернулась.) А ведь ты единственная, способная шевелиться... Нет, я не препятствую... Если хочешь — пожалуйста. (Убирает ее в стол.) Надоест — дай знать. (Пауза.) Трудный характер. (Неудачно шагнул.) Ну вот, затекла нога. Одеревенела. Двигаться надо, ходить, ходить. С возрастом начинают затекать конечности. Особенно во сне. Бывало, проснешься — ноги как деревянные. Мне часто снится, что я весь деревянный. Что я деревянный и что я ребенок. И что боюсь, как любой деревянный ребенок, слесарных инструментов, особенно рубанка. Мысль о стружке повергает меня в ужас. И об опилках. От одного вида опилок мне хочется кричать. Вам знаком запах опилок? Опилки пахнут убийством. Опилки хуже трухи. Труха — это прах дерева. Опилки — результат насилия. Я цепенею во сне, когда вижу ножовку. Почему я такой впечатлительный? Чем ножовка страшна? (Достает из стола ножовку, рассматривает.) Ничем. (Ищет глазами ей применения.) Попробуйте-ка без ножовки смастерить табуретку. (Смотрит недоверчиво на кривобокую табуретку, словно ждет от нее какого-то подвоха.) Почему-то некоторые считают, я должен гимн петь деревообрабатывающему инструментарию. Что ж, если иметь в виду обстоятельства моего рождения... — да здравствует стамеска!.. да здравствует долото!.. Наяву я их не боюсь. Но во сне — все по-другому. (Пауза.) Вот чего я никогда не делал, так это табуреток. Я много чего не делал и, в частности, табуреток. Но мне приходится выравнивать ножки. Вот именно этой табуретке. Практически на каждом дежурстве. Посмотрите, она же кривая. Не знаю, кто сделал эту табуретку, но ответственность за ее, если можно выразиться, здоровье лежит на мне. Потому что ты, табуретка, стоишь в моей дежурке, а это дорогого стоит. Вот! Как же это понять? Я тебе прошлый раз одну подпилил, а ты как будто опять окривела?! У меня такое впечатление, что кто-то тут без меня подпиливает. Или они у тебя сами растут? Неравномерно... (Переворачивает набок. Упирается в ножку коленом. Делает надпил.) Прости. Не больно? Я быстро. (Быстро отпиливает кончик ножки. Ставит табуретку на ножки. Табуретка еле-еле стоит.) Ну вот... Так лучше, пожалуй.
Пауза.
Спросите меня, исполнил ли я свои жизненные предначертания? Нет, я ни на что никогда не жалуюсь. Но! Я часто задаю себе этот вопрос: все ли ты сделал, о чем мечтал?
Сделал ли ты деревянную лестницу? Помнишь, ты хотел сделать деревянную лестницу? Да, да, деревянную — с поворотной площадкой, с постановкой стоек или укосин, поручней и перил, с укреплением наугольниками, шириною в полметра?
Нет, не сделал!
Сделал ли ты... палисадник легкого типа, состоящий из обыкновенных столбов, с обжиганием их и осмолкой?
Нет, не сделал.
Может быть, ты вытянул хотя бы один погонный метр малых карнизов из брусков простого рисунка?
Нет, увы!
Может быть, сделал ты стол с проножкой?
Нет, не сделал стола.
Ну хотя бы стенную вешалку в одну доску с оструганием, а?
Нет, увы!
Банную скамейку на шпонках?
Нет, нет, нет!
И табуреток я никогда не делал. Я лишь исправляю чужую работу. Признаться, я всегда мечтал сделать настоящую табуретку. Не довелось.
Я многого не сделал, о чем мечтал. Я даже не сделал ни одного пожарного щита!
Я не сделал ни футляра для фановых труб, ни фонарного столба, ни — между стойлами — перегородок!
