Историю, а вернее таежную легенду, рассказал Вадим. Он их знал много от деда, который был охоч на прикостровые повести. Вадька их слушал вместо сказок, также глядя на костёр, и также замирая с волнением в сердце, пуская в ход воображение. Одна из них, что рассказал сейчас Вадим, была о судьбе двух молодых любящих людей, живших ещё до революции, в одной из близких к этим местам деревень. Тогда в Сибири было много деревушек, больших и малых. Люди жили в аккурат себе, промышляя рыбой и зверем, никому не мешая и как бы, сторонясь сутолоки больших городов. А поводом для этой истории послужил крик ночной птицы, очень близко от сидящих, где-то высоко в темнеющих лесных высотках. Птица кричала, словно молила или плакала о чём-то, прерываясь ненамного и снова заходилась на высокой ноте.
— Надо же, как человек… Плачет. — Поёжился Ваня.
— Ага… — У Натальи сделались круглыми глаза. — Жутко. Словно женщина чему-то жалуется.
— Да ничему-то, а кому… — Спокойно сказал Головной усмехаясь. — Это Ксанка — легенда этих мест. Прилетела к любимому на свидание. Расскажи им, Николаич, раз уж привёл всех сюда…
И Вадим рассказал, как когда-то рассказывал Олегу.
