— Рот закрыла и в дом, вертихвостка! Целовалась она, *лять! Я тебе язык оторву! — Мороз наклонился и, обдав меня мятным дыханием, рявкнул это так громко, что я даже подскочила на месте. Странно, но Азаров даже не возразил и только потупил взгляд, когда я помчалась в дом, опасаясь скорой расправы.
Не знаю, о чем они говорили, но через окно, в которое я подглядывала, ничего не было слышно. Когда через три минуты Азаров, бледный как смерть, прыгнул в машину и выехал из двора, послышался звук открывшейся входной двери, и в доме раздались тяжелые шаги Морозова.
Я испугалась. По-настоящему и сразу до трясущихся, как при ознобе, рук. Подумав, что самым лучшим решением будет не попадаться Роману Сергеевичу на глаза, спряталась в одной из комнат на первом этаже и решила сидеть там тихо, как мышка. Но у Морозова, видимо, были совсем другие планы на меня. Оглушающую тишину, стоящую в доме, разрезал его громкий окрик:
— Оксана!
Сердце заколотилось, как бешеное и в голове даже возникла шальная мысль выпрыгнуть в окно, но окрик повторился:
— Оксана!
На трясущися ногах я вышла в коридор и направилась на голос. Неужели он будет наказывать меня за простого провожатого? В угол поставит? А может выгонит и лишит наследства?
— Чего застыла? На стол накрывай, — судя по тону, Роман Сергеевич, расположившийся на диване, находился где-то между крайней точкой раздражения и бешенством. Именно поэтому я решила, что самым разумным будет не доводить его дальше, и поплелась к холодильнику.
— Роман Сергеевич, я не успела ничего приготовить, потому что ездила за вещами, — собственный голос предательски давал петуха и звучал, как истеричный писк.
— Видел я, как ты за вещами ездила. Пигалица. Ставь на стол, что найдешь. Завтра первую пару пропустишь. К врачу тебя повезу. Учитывая то, что я уже второй раз за два дня ловлю тебя с разными мужиками, пора провериться на венерические заболевания. Без этого условия никакого наследства.
Рука, в которой я держала нож, предательски задрожала, а глаза снова наполнились слезами обиды. Вот же мудило! Может метнуть в него остриём? Нет… Он же силовик, поймает нож и отрежет мне что-нибудь… Например, язык.
— Хорошо, Роман Сергеевич, — прошелестела я, предвкушая, как он охренеет, когда врач скажет, что я девственница, — но у меня встречное условие… Раз мы собираемся жить пока вместе, то вы тоже проверитесь на тот же список, что и я. Мало ли какая зараза бывает…
Перекошенное идеальное Морозовское лицо нужно было фотографировать на память. Он даже подался вперед, порываясь ответить что-нибудь гадкое, но вовремя сдержался. Помолчал где-то минуту, а потом проворчал:
— Давай уже хоть что-то пожевать, — громко, а потом еле слышно себе под нос, — Не потрахался толком, не поел… Не вечер, а какой-то *издец.
Глава 10
Каждый раз, когда эта коза поднималась на носочки, у меня начиналось сильное слюноотделение. Прямо как у голодной собаки, перед которой размахивали свежайшим парным стейком. То, как напрягались её стройные икры, и поднималась вверх ткань незатейливого довольно скромного платья, сводило меня с ума.
Может правда недотрахался? — подумал я и в очередной раз сглотнул слюну. Вызвать Свету прямо сюда и наесться вдоволь? Нет… Не вариант. Не хватало еще скандала с моей… племянницей.
В голове мелькнула мысль уйти к себе, но вид порхающей по кухне Оксаны слишком дезориентировал и в то же время манил, словно магнитом. Поэтому я так и остался сидеть на месте и прикрывать рукой налившийся кровью пах.
Мороз, Мороз… Куда же тебя несет? Вдруг она правда родня?
Сам не знаю почему, но я противился этой мысли изо всех сил. Нет, не потому что девчонка меня возбуждала не меньше, а то и больше Маши. Я же не извращенец, в конце концов… Просто она была совсем не похожа на моего брата, да и мамашу её я смутно, но всё же помнил. Редскостная шкура, которая лезла в штаны ко всем подряд. Эта самая Наташа точно не хранила верность Олегу, значит, могла залететь от кого угодно.
Блужая голодным взглядом по соблазнительным изгибам красивого девичьего тела, я размышлял о том, почему мой ушлый и хитрый брат посчитал Оксану своей дочерью. Ведь Олега Морозова было невозможно провести, это он обычно дурил всех вокруг. Может, делал тест днк? Тогда где он? Неужели на официальном объявлении завещания всплывет что-то новое?
— Прошу к столу, — очень робко подала голос Ксюша, и я подался вперед.
На столе появились закуски, нарезка и салат из свежих овощей. Не густо, но очень аккуратно и аппетитно. Может она и ветреная и сумасбродная, но точно не безрукая. Есть хотелось дико, поэтому я буквально набросился на еду.
— Садись, — коротко бросил Оксане, но когда она отрицательно покачала головой, повторил уже гораздо жестче, — садись, сказал.
Девушка подчинилась и, взмахнув своими шоколадно-коричневыми волосами, пристроилась на самый краешек стула.
Теперь Оксана была на расстоянии вытянутой руки, и в нос снова проник её запах. Кровь по венам побежала чаще. Вкусно… Она, правда, очень вкусно пахла, и дело было совсем не в еде.