Письмо ничем не пахло. Как и записка. Хотя аромат сирены всегда пропитывал любой предмет, которого она касалась. Быть может, я просто перестал его ощущать. В конце концов, лекарство я пил, а, значит, оно вполне могло начать действовать.
Наверно стоило выбросить записку. Но я не смог. Погладил бумагу пальцем и положил чистый лист в тумбочку у кровати. Затем поставил подпись на документе и сунул обратно в конверт.
Быстро переоделся, выбрав обычный спортивный костюм темного цвета без лейблов и надписей, белую футболку и надел кроссовки со шнурками ядовито красного оттенка.
- Вручи Лилии Владимировне, - я отдал Петру конверт, когда вернулся в гостиную – Документ подписан. Передай слово в слово: она может ни о чем не беспокоиться.
- Хорошо, - пообещал Петр. – Ваш чай и лекарство я передал Маришке.
Компаньонка улыбнулась и указала на полку, куда положила мешочек.
- Ты болеешь? – нахмурился Пожарский, услышав о травах.
- Для восстановления сил, - пояснила девушка и запнулась, заметив мрачный взгляд Ивана.
Впрочем, он тут же отвернулся, похлопал себя по карманам в поисках ключей и обратился ко мне:
- Если ты недостаточно силен, то можешь ехать со мной на моем мотоцикле. Будешь обнимать меня как красная девица…
- Иди ты, - фыркнул я и взял у слуги ключи от мотоцикла. – Я могу тебя сам покатать, если ты ищешь объятий.
Так, перешучиваясь, мы дошли до двери. Потом я опомнился и вернулся к Маришке.
- Мы сейчас едем в баню. Ты занимайся своими делами. У тебя есть банковская карта?
- Конечно, - улыбнулась девушка. - Ни о чем не беспокойся. Если к ужину опоздаешь, я его разогрею.
Я пожал плечами, и Маришка тут же добавила:
- Или нет. Я просто буду тебя ждать.
Мне вдруг подумалось, что Лилия могла предупреждать меня и о Маришке. Но тут же отогнал от себя шальную мысль. Мягко заправил рыжую прядь за девичье ушко и пошел к выходу.
***
Я наивно считал, что на самом деле баня располагается на территории комплекса. Но, как оказалось, Иван решил познакомить меня с загородным клубным местом отдыха для аристократов. Мы добирались до него не особенно долго, учитывая, что пробки удалось объехать на мотоциклах.
У реки растянулся длинный деревянный сруб с высокой стрельчатой крышей, над коньком которой реял стяг дома Шереметьевых. Двери из парных выходили на реку и над водой виднелись небольшие мостки. На первый взгляд охраны тут не было. Не сразу я заметил праздно шатающихся по территории крепких ребят, которые время от времени переговаривались по рациям.
