Морская ведьма полностью

Девочка даже пыталась найти заклинание своей матери и изучить его историю. Она рылась в сундуках в поисках книг, давно спрятанных отцом. Как оказалось, тетушка узнала про эти книги и дополнила ими свою коллекцию магических томов. И тогда девочка решила вернуть то, что принадлежало ей по праву, тихонько утащив их по одной из сундука. Пыльные переплеты старых изданий так иссохлись, что девочка могла с легкостью прятать их в складках покрывала своей кровати.

Вот как шел процесс обучения. По вечерам она практиковала легкие заклинания, пока они с тетушкой готовили ужин. А потом, удобно устроившись рядом с отцом у очага, юная ведьма слушала его истории.

Прошло три часа. Не спим только мы с серебряной луной. Уже глубоко за полночь, но провалиться в сон не получается. Мои мысли бушуют, как море в шторм. Остается меньше суток. Время Аннамэтти вышло. Я отказываюсь стоять и наблюдать, как она превратится в морскую пену. Не позволю себе снова оказаться в ситуации, где я бессильна.

Я выскальзываю из-под одеял и пробираюсь на цыпочках к своему дорожному сундуку. Я медленно открываю крышку, под которой прячутся нижние юбки. Под ними спрятаны аметист и пузырек с черными чернилами осьминога. Раньше они хранились в кармане платья, в котором я участвовала в беге по бревну. Однако пришлось переложить их сюда, чтобы по настоянию Ника отдать платье служанкам на чистку. Я достаю два эти предмета и закрываю сундук. Быстро одеваюсь и хватаю сапоги у двери. Я не надеваю их, а выхожу босиком в коридор, ощущая холод мрамора на голых ступнях.

Я беззвучно прикрываю за собой дверь и направляюсь в тюльпановый сад. Невзирая на то что гостевое крыло забито до отказа, на пути не встречается ни души. Ник, Икер и король с королевой, к счастью, находятся в другой части замка.

На улице тепло, но небо затянуто тучами, закрывающими луну. Впереди под арочным сводом стоит страж. Он не должен меня увидеть. Я даже боюсь представить, какие поползут слухи, если я буду замечена покидающей дворец под покровом ночи. Поэтому я подготовилась заранее. Сжав пальцами аметист в кармане, я сосредотачиваюсь на внутренних ощущениях и позволяю магии наполнить кровь. Когда я готова, я беру чернила и достаю пробковую затычку из пузырька. Запах моря наполняет легкие. Я подношу склянку к губам.

– Greíma, – произношу я про себя и выпиваю щекочущее язык соленое содержимое.

Я стараюсь не шевелиться в ожидании, пока подействует заклинание. Но ничего не происходит. Не сработало. У меня сосет под ложечкой. Я всю ночь репетировала это заклинание, стараясь произнести его уверенно – как Аннамэтти. К тому же я выпила все чернила из бутылочки и не могу попробовать снова. Я хочу развернуться, чтобы пойти обратно во дворец. Однако тело не слушается меня. Сердце начинает бешено колотиться. Я чувствую, как что-то сдавливает грудь. Ноги немеют, а на глаза опускается туман. Когда взойдет солнце, Ник найдет на этом самом месте мое холодное тело. Еще один друг покинул его.

Но проходит доля секунды. Все неприятные ощущения отпускают так же внезапно, как и начались. Я делаю вдох и подношу руки к лицу, но понимаю: я вижу сквозь них. Сработало! Я шевелю пальцами, но замечаю лишь тюльпаны королевы на клумбе. Я невидимка. Ну, или я сливаюсь с пространством: тело и одежда подстраиваются под цвет окружающих предметов.

Я задерживаю дыхание и тихо прокрадываюсь мимо стражника к воротам. Ни разу не решаюсь обернуться. Покинув территорию замка, я решительно иду по тропинке к своему дому, остановившись лишь раз – чтобы надеть обувь. На губах играет довольная улыбка.

Добравшись до дома, я скидываю ботинки прямо на ступеньках. Чтобы осуществить задуманное, мне нужно двигаться бесшумно. На цыпочках и с ботинками в руках, я переступаю порог и вхожу в дом. Там привычно пахнет кофе, маринадом тетушки Хансы и доведенными до кипения чернилами осьминога. Из комнаты тети доносится ее могучий храп. Дверь в спальню отца открыта, однако уже завтра он будет ночевать в своей кровати. Моя комната находится напротив. Дверь плотно закрыта, но мне туда и не нужно.

Я приоткрываю дверь спальни тетушки Хансы. Оттуда вырывается запах сушеных роз и громкий гортанный звук. Я медленно поворачиваю ручку и толкаю дверь – пока не образуется щель, в которую можно пролезть. Я просовываю ногу вовнутрь. От приоткрытой двери тянется полоска света.