– Странно. Двигатель весь в масле. Причем масло не только на картере или боковых стенках, что было бы понятно при появлении течи, но и на крышке блока цилиндров. И еще. Я не знаю, насколько тщательно Родригес следит за двигателем собственной яхты, но вот потеки мне показались подозрительно чистыми. Такое впечатление, что он просто полил движок новым маслом прямо из канистры.
– Зачем?! – изумился я.
Стас в ответ пожал плечами:
– Видимо, скоро узнаем.
Весь обратный путь Рик не выходил из рубки. А мы со Стасом, более всего обеспокоенные состоянием Андрея, тоже там не появлялись, и, как оказалось, напрасно. Не имея возможности следить за показаниями навигационных приборов, мы поняли, что Рик ведет яхту отнюдь не в дулитскую гавань, лишь когда разглядели приближающийся берег. Гавань с причалом для прогулочных яхт осталась южнее, а перед нами возник грузовой причал с длинным рядом пакгаузов и расположенной по соседству с ним судоремонтной мастерской. Увидев, куда направляется «Конкистадор», Стас решительно двинулся в рубку.
– Что это значит?! – донесся оттуда его гневный голос. – Мы же с вами обо всем договорились! Немедленно разворачивайте яхту!
– Не шуми, сейчас повернем, – огрызнулся Родригес. – Я только перекинусь парой слов с механиком.
Стас не ответил, очевидно посчитав, что всякий спор с Бешеным быком бесполезен. Действительно, яхта практически уже подошла к берегу. Родригес мастерски прижал ее бортом к вывешенным вдоль причала автомобильным покрышкам и громко свистнул. Секундой позже из рубки донесся его громоподобный голос.
– Эй, Буч! Где ты там?!
В ответ на его окрик на причал выбежал приземистый широкоплечий человек. В правой руке он держал хозяйственную сумку, откуда торчали слесарные инструменты. Вот только появился он не из ворот судоремонтной мастерской, которые, кстати, вообще были закрыты на висячий замок, а из узкого прохода между пакгаузами. Подбежав к яхте, он поразительно ловко для его комплекции запрыгнул на палубу. Смотрел коротконогий почему-то не на Родригеса, что было бы естественно, а на меня. Та поспешность, с которой он взлетел на яхту, и особенно его взгляд – пустой и холодный, мне очень не понравились. Я мгновенно оказался у нашего снаряжения, аккуратной пирамидой сложенного около штормтрапа. Вовремя!
Коротконогий бросил сумку с инструментами на палубу, а в его руке возник внушительных размеров пистолет с навинченным на ствол глушителем, который тот мастерски прятал среди своих инструментов. Нас разделяло метров шесть (или пара секунд), которые мне требовались, чтобы в броске достать коротконогого. Судя по его настрою, он не собирался подарить мне такой шанс. Увидев направленный на меня пистолет, я поспешно упал за сложенные друг на друга кислородные баллоны от наших аквалангов. Краем уха я услышал, как дважды хлопнул глушитель и две выпущенные пули вонзились в палубу в метре от меня. Не вставая с настила, я рванул на себя верхний кислородный баллон и, распрямившись, швырнул его в коротконогого. Он, похоже, не ожидал от меня такой прыти. Потому что, хоть и пальнул снова из своего пистолета, но запаниковал и вновь промазал. А вот я не промахнулся. Брошенный мной баллон сбил коротышку с ног. Пытаясь подняться, он разразился отборным англо-американским матом и на пару мгновений выпустил меня из виду. Мне этого вполне хватило, чтобы выхватить из кучи нашего снаряжения один из водолазных ножей. Подводный пистолет Стаса, который тот вместе с акваскопами и гидроакустической станцией упаковал в вещевой мешок, конечно, был эффективнее, но у меня не осталось времени на его поиски.
С ножом в руках я метнулся к коротконогому, который все еще барахтался на палубном настиле. Заметив мое движение, противник оставил свои безуспешные попытки подняться на ноги и шарахнул в меня из пистолета. Стрелял он быстро, а вот соображал медленно и поэтому попался на мой нехитрый финт. Обозначив направление броска, я перед прыжком рванулся в сторону, и предназначавшаяся мне пуля прошла мимо. Коротконогого это не смутило. Он не стал тратить время на размышления, а проворно переместил на меня ствол пистолета. Зажатый между стенкой рубки и фальшбортом, я уже не мог «качать маятник», поэтому сделал то единственное, что оставалось, – взмахнул рукой с зажатым в ладони ножом и метнул оружие в бандита.
