С тех пор, как стало известно о боевой службе, на гидроакустиков насел командир боевой части. Он лично присутствовал на занятиях и нещадно школил тех, кто по его мнению показывал слабые результаты. Причем, делалось это по собственной, им разработанной методе. Ошибся специалист — будь добр к следующей встрече подготовиться по всей теме. Ноу-хау имело сто процентов успеха в борьбе с лентяями.
На тренировки офицер приносил записи шумов подводных лодок и надводных кораблей вероятного противника. Ошибки в определении источников и их тактико-технических данных исключались. Старшине команды, командиру отделения вменялось в обязанность неукоснительно добиваться только отличных результатов от каждого подчиненного. Для контроля появился специальный журнал, где записывалось, с какой по счету попытки обучающийся дал правильный ответ.
Матрос Конев предложил сделать планшет по надводным и подводным кораблям противника. Петька идею подхватил, достал у друзей-активистов лист ватмана, Коля Милованов расписал все в лучшем виде. Против названия каждого были записаны издаваемые именно им характерные шумы, ну там, шорох осенних листьев, шепот дождя, скрип огородной тачки. Причем, необязательно было тащиться на боевой пост, наглядное пособие вывесили прямо в кубрике. Милованов даже силуэты изобразил, хотя такая таблица больше подходила для торчащих наверху сигнальщиков. Тоже пригодилось. Пришли комендоры с шестиствольных установок и слизали картинки один к одному.
Лейтенант Коломийцев узнал, объявил благодарность командиру отделения матросу Иванову, выразил надежду, что такой заботливый человек и впредь будет полезным для родного коллектива. Борец за справедливость поднял руку, дождался разрешения:
— Товарищ лейтенант, это мысль Конева. Делал Милованов. Я, как говорится, сбоку припеку. Просто смотрел и хвалил.
— Значит, мудро руководили. Еще раз молодец. Выходит, вы, товарищ Иванов уже готовы как командир отделения. Буду ходатайствовать о предоставлении вам соответствующего занимаемой должности звания старшины второй статьи.
Петька посмотрел на сослуживцев. Те восприняли услышанное как должное, хотя прекрасно понимали, что боевому их Петрухе комдив дал завышенную оценку сгоряча.
Гидроакустики знали, что не к теще на блины они идут в распоряжение оперативной эскадры. Предстоит много практической работы, которая будет в корне отличаться от того, чем занимаются все гидроакустики в районах боевой учебы. В свободных водах Тихого океана быть им на острие настоящих боевых действий. Эту мысль старшина команды старательно втолковывал легкомысленному своему помощнику. Тот кивал, соглашаясь, и старался убедить мичмана, что будет всячески настраивать подчиненных на серьезный подход к делу. Клим вздохнув, замолкал, но при каждом удобном случае напоминал об обещанном.
А время убытия приближалось. Уже замполит сходил в кафе «Фрегат», договорился насчет столов на сорок персон. Уже составили список приглашенных от лица убывающих на боевую службу. Женсовет во главе с Людмилой Терешковой принялся украшать зал плакатами с пожеланиями доброй службы за пределами родных морей. Замполит обеспечил листами ватмана, гуашью. Работа началась. Пожелания дополнили комиксами на злобу дня, благо бумаги хватало. Нарисовали старинный парусник с бортовым номером БПК, поставили за штурвал статного военного моряка в парадной форме, при кортике, с погонами капитана 3 ранга. Хотели написать что-то красивое, необычное, да мысль зациклилась на традиционных семи футах под килем и застопорилась. Людмила махнула рукой:
— Девы, давайте следующий лист. Изобразим нас в горнице с лучинушкой коптящей, со слезами, да колясками. За это время всем думать о надписи под кораблем.
Супруга штурмана стройная, молодая Сонечка Ефграфова, она же представитель женсовета с обязанностями художницы сделала, загадочно улыбаясь, набросок плачущей чересчур упитанной Матрены с румяными щеками и толстой косой, рядом появилась гневная, худющая как весенняя селедка, длинная, плоскогрудая Маланья в бигудях. Помирая со смеху, присутствующие посоветовали добавить к Матрене столь же пышную тещу с блинами на блюдце. Маланье, естественно, доставалась мамочка со скалкой. Решили усадить их на длинную лавку, рядом с кошкой и лучиной. В колясках поместили по паре лысых детинушек пенсионного возраста с пустышками во рту. «А нечего подолгу шастать по морям, опасно это, — приговаривала Сонечка, старательно исполняя наказы подружек. — Дождетесь, во какими вырастут ваши детушки!»
