1 мая 1966 года «Голубка» покинула гостеприимные острова, направляясь к архипелагу Тонга. Этот переход проходил при благоприятной погоде. На Тонга от одного из вождей Робин получает второе свое полинезийское имя — Кай Вай, что в прямом переводе означает «водоглот». «В давние времена, — говорил вождь, — когда тонганский верховный вождь Туи-Канокуполу выходил в морской поход, на носу лодки сидели воины, заслонявшие Туи-Канокуполу от водяных брызг. Вот эти воины и назывались Кай Вай. Ты тоже Кай Вай, потому что не боишься моря».
На Тонга Робин встретил яхтсменов из Канады, Южной Африки, Новой Зеландии, совершающих далекие плавания. Что и говорить, в наши дни даже в самых отдаленных уголках непременно встретишь странствующих морскими дорогами и тропинками людей под парусом. Явление это настолько примечательное, что даже нашло отражение в одном из последних романов Жоржа Симёнона — «Мой друг Мегрэ». Арена действия знаменитого комиссара полиции — островок Поркероль, а главные действующие лица — яхтсмены различной национальности, привлеченные сюда красотой острова и моря. Своими стежками-маршрутами они сшивают вместе все континенты. Некоторые из них вроде Робина кочуют по океанским просторам в одиночку. Но среди яхтсменов, собравшихся тогда на Тонга, одиночным мореплавателем был лишь Ли Грэхем.
1 июля 1966 года «Голубка» на островах Фиджи. Плавание среди островов Южных морей ночью, да и днем, когда солнце слепит глаза моряка, весьма и весьма опасно. Не так-то просто тогда заметить с невысокой палубы коралловую отмель, если над ней нет буруна, или подводную скалу, острую как нож. Кроме того, многие коралловые рифы просто не нанесены на карту. А те, которые и обозначены, легко могут менять свои очертания: ведь коралловые колонии растут, расширяются, возникают на новом месте. Робин научился маневрировать в этих водах и благополучно миновал все опасности. Однако опасность поджидала его на берегу, точнее, у берега одного из островов Фиджийского архипелага, когда он, бродя по колено в теплой воде, случайно наткнулся на ската, поранив себе ногу об острый и ядовитый «хвостовой кинжал». Робин немедленно наложил на ногу тугой жгут, и, к счастью, все обошлось. Однако недели две он чувствовал боль при ходьбе.
На Фиджи Робин получил сообщение, что в Порт-Вилу на Новых Гебридах прилетает Грэхем-старший. Робин немедленно направился туда. Встреча с отцом была радостной. После Новых Гебрид, а затем Соломоновых островов и Порт-Морсби юный мореплаватель берет курс на Торресов пролив, который он прошел без всяких приключений. Однако в Арафурском море ночью «Голубка» едва избежала столкновения с огромным океанским лайнером. Расходящиеся от носа стального гиганта волны резко отбросили «Голубку» в сторону.
Плавание в Тихом океане не прошло без последствий и для шлюпа и для его капитана. «Голубка» стала поскрипывать, ее корпус пора было укрепить, не мешало и проконопатить палубу. А Робин Ли Грэхем возмужал и окреп; дважды в океане он встречал свой день рождения.
4 мая 1967 года Робин заходит в австралийский порт Дарвин. Здесь, чтобы подработать, он временно устраивается в электромонтажную контору. Через два месяца плавание продолжалось.
«Если Тихий океан, — рассказывает Робин, — обошелся со мною мягко, то Индийский океан обернулся ко мне своей самой неистовой стороной. Знал бы я, что меня ждет, какие бешеные ветры и штормы, наверное, вообще не вышел бы из Австралии».
«Голубка» в Индийском океане шла в зоне пассатов, куда то и дело вторгались холодные циклоны из умеренных широт южного полушария. Не успев оправиться от одного шквала, Робин уже ожидал следующего. Не так-то много островов в Индийском океане, где можно было бы переждать бурю. Один из немногих клочков земли на пути «Голубки» — Кокосовые острова. Грэхем пробыл на них несколько дней, и, когда снова вышел в океан, ничто не предвещало шторма. Но он разразился ночью. «Голубка» шла под зарифленными гротом и генуэзским кливером. Робин только уснул, как резкий удар сотряс шлюп. Он выскочил на палубу и не увидел… мачты. Однако, присмотревшись, обнаружил, что мачта, сломанная в двух футах ниже старой сварки, болталась за бортом вместе с гиком. Робин бросился вытаскивать мачту. Волны покрывали его с головой, но он продолжал тянуть мачту. Однако очередная волна была посильнее предыдущих, и после ее удара Робин, потеряв равновесие, полетел вниз головой в воду. Очутившись в воде, он не растерялся, мгновенно схватился за поручни и вновь оказался на палубе. Передохнув самую малость, Робин продолжал спасение мачты. Впрочем, когда наконец мачта оказалась на «Голубке», юный мореплаватель подумал, что до прихода в порт мачту поставить не удастся. Так что, если бы она утонула, потеря была бы невелика. Другое дело — гик. Установив гик вместо мачты, Робин под зарифленным гротом продолжал свой путь через Индийский океан.
