«…2 февраля 1945 года, возглавив операцию по захвату контрольного пленного на дамбе, товарищ Вонлярский, отличавшийся смелостью и мужеством, с возгласом «Вперед, черноморцы!» увлек бойцов вперед, забрасывая гранатами вражеские траншеи, и там со своей группой захватил «языка».
При последнем штурме Будапешта 11 февраля тов. Вонлярский подорвал два миномета противника с их расчетами и взял в плен 10 немецких и 80 мадьярских солдат.
Подписи: Командир взвода разведки лейтенант Абдуллаев, начальник штаба 305-го батальона морской пехоты капитан Дзень.
Последний декабрьский день уходящего 44-го Дим встретил на дамбе, идущей от Южного железнодорожного моста в Будапеште.
Сложилось так, что 83-я бригада морской пехоты в сражение за столицу Венгрии вступала не единым соединением, а отдельными подразделениями. Ибо не только ее батальоны, но и артиллерийские дивизионы первое время действовали на различных участках фронта. И лишь к концу декабря командиру бригады удалось собрать большую часть своих сил в Будафоке.
Несколько батальонов сравнительно тихо на бронекатерах с острова Чепель переправились в Буду. Сюда же, на рубеж южнее железнодорожной насыпи, подошли бригадные роты разведки, автоматчиков и саперов, а вслед за ними подтянулся артдивизион 76-мм орудий вместе с минометчиками. За несколько дней до этого, а именно 29 декабря, чтобы избежать ненужного кровопролития, советское командование предложило окруженному гарнизону вполне приемлемые условия капитуляции. Всем сдавшимся немцам были гарантированы безопасность, раненым – медицинская помощь, а венграм кроме того – немедленный роспуск по домам.
Целую ночь и утро установленные на переднем крае громкоговорители передавали на немецком и венгерском языках это предложение. В установленный ультиматумом срок с нашей стороны прекратили огонь и к немецким позициям направились советские парламентеры. Со стороны 2-го Украинского фронта ими выступали капитан Миклош Штейменц, младший лейтенант Кузнецов и сержант Филимоненко. Однако едва их автомобиль с белым флагом приблизился к немецким позициям в Пеште, оттуда загремели выстрелы. Капитан с сержантом были убиты, а младший лейтенант тяжело ранен.
Таким же образом гитлеровцы поступили и с парламентерами 3-го Украинского фронта в Буде капитаном Остапенко, старшим лейтенантом Орловым и старшиной Горбатюком. Доставив их в штаб, от капитуляции отказались, а когда парламентеры отправились назад, капитана расстреляли в спину. Орлов и Горбатюк чудом остались живы.
…В течение трехдневных почти непрерывных боев, соединению удалось занять Южные районы города Будафок, Альбертфальва и Келенфельд, имея впереди насыпь, именуемую у моряков «дамбой», но на четвертые сутки боеприпасы истощились, немцы поднялись в контратаку, и бригада, смешавшись, отступила на исходные позиции.
Такого в ней не случалось давно, на место примчался осатаневший комбриг и, лаясь по-черному, лично повел ее в новое наступление.
–..р-ра!!! – загремело в цепях атакующих среди шквала огня, дыма и всплесков разрывов.
Дим, как обычно в таких случаях, орудовал «дегтяревым», ловя взглядом мелькающую впереди папаху и одухотворяясь, ребята тоже вняли ласковым командирским словам и обещаниям.
Несколько продвинувшись вперед, они захватили ранее оставленный плацдарм, но вражеский огонь усилился, и пришлось залечь. В воронках, среди развалин и за разбитой техникой перед проклятой дамбой. При этом Дима ранило третий раз, в ногу. Но выходить из боя он не стал, перевязал ногу индивидуальным пакетом.
За дамбой, ощетинившейся противотанковыми ежами, колючей проволокой и огневыми точками, начинался склон господствующей над местностью горы Геллерт с минными полями и глубоко эшелонированной обороной. Взять такую крепость наскоком означало положить бригаду, к чему полковник отнесся с пониманием и срочно потребовал «языка» для получения сведений о системе укреплений.
Новый командир разведчиков Витя Калганов, обосновавшийся в подвале кондитерской фабрики, подумал и выдал нетрадиционное решение. Чему предшествовало получение им от своих орлов схемы немецкой канализации. Те ее нашли в полуразрушенной насосной и тут же притащили старшему лейтенанту.
– Во, – исследовав документ, затянулся он цигаркой. – Пойдем за фрицем по трубам.
