Атомарина почти беззвучно скользит в глубине. Курс норд, над головой двести метров холодной арктической воды.
-Контакт, пеленг 355, цель надводная!
-Классифицировать цель!
И до боли знакомый сигнал боевой тревоги. Топот ног и стук задраиваемых люков. Нет в экипаже незанятых делом, "пассажиров", все стоят на боевых постах и знают, что им предстоит делать - если я отдам следующий приказ. Если цель будет классифицирована как вражеская... ударный авианосец класса "Нимиц", например?
Этого я и боюсь. Потому что мы в Баренцевом море, и сейчас 1943 год от Рождества Христова. По крайней мере, так было, когда мы вышли из Северодвинска (пока еще Молотовск), трое суток назад.
А еще четырнадцать месяцев тому назад мы шли примерно в этом районе и этим же курсом - и был год 2012.
Провал во времени - природный феномен, или игры каких-то "зеленых человечков"? Ответа на этот вопрос мы не получили, и вряд ли когда-нибудь получим. Но, совершенно неожиданно оказавшись в июле сорок второго года, мы вломились в события этого мира, как слон в посудную лавку - и если виной всему была чья-то сознательная воля (а тут и в божественное вмешательство поверишь, не то что в инопланетян или потомков из века тридцатого), то представляю, как кто-то сейчас хватается за голову, или злорадно потирает руки, или щупальца, что у них там есть. Глядя что творится с хрупкой тканью мироздания, которая рвется и кроится теперь по совсем другим чертежам.
Хотя есть авторитетное мнение самого академика Александрова (которое поддерживает наш мех, командир БЧ-5, Серега Сирый), что это уже не наше прошлое, а некий "параллельный мир", будто история с момента нашего вмешательства разветвилась, как рукава текущей реки. И то, что будет здесь, пока никак не предопределено. Хотя существует какая-то связь между "параллельными", некая "эластичность" истории - но тут разговор между научными светилами заходит в такую квантово-энштейновую высоту, что я перестаю понимать. Мне существенно лишь одно: этот мир может прогнуться под нас, и совсем не обязательно, мы под него. Чем и занимаемся, по мере возможностей.
Мы пришли в этот мир, по здешнему времени, 5 июля 1942 года. И уже никак не успевали предотвратить разгром конвоя PQ-17, тем более что нас выбросило где-то у берегов Америки. Но вот на немецкой "операции Вундерланд" мы оторвались по-полной - какие фото в газетах по всему миру, линкор "Адмирал Шеер" сдавшийся нашему пароходу "Сибиряков", ну а как не сдаться, если до того получил от нас самонаводящуюся торпеду по винтам, и предупреждение, что при первом же выстреле следующий наш залп будет в борт, и шлюпок спустить не дадим, а тонуть в ледяной воде страшно, тут писатель Пикуль совершенно прав? Теперь бывший "Шеер", переименованный в "Диксон", в составе нашего Северного флота, и уже хорошо поучаствовал в освобождении Петсамо. А немецким субмаринам, поддерживающим "Шеер" и подошедшим после на выручку, мы устроили бойню, ведь в этом времени подлодки еще не умеют стрелять торпедами по вражеским подлодкам, кроме как на поверхности, нет еще ни таких гидролокаторов, ни самонаводящихся торпед. Затем была охота на "Тирпиц", правда, эту победу присвоили англичане, хотя даже американские союзники тогда назвали их действия "конокрадством". И другие славные дела, после которых немецкие моряки, те конечно, кому повезло выжить, с суеверным ужасом рассказывают о проснувшемся Великом Змее Ермунгард, плавающем в ледяных глубинах, или морском демоне из ада, призванным русскими на службу - не преувеличение, именно это я слышал в разведотделе СФ от пленных, подобранных с потопленного нами Z-38! Что еще могут предположить немцы, лишь смутно видя и слыша, как под водой движется что-то и топит их корабли - причем возможности объекта далеко за гранью техники и науки этих времен?
(прим. - об этом читайте. в кн. "Морской Волк" и "Поворот оверштаг" - В.С.)
