Его отодвинула в сторону рука с алыми наманикюренными ногтями. Николь и впрямь оказалась… женской версией Гаррета, только с гигантской улыбкой. У нее были длинные волнистые волосы, роскошные глаза, сияющие теплом, и полные губы. Ее челюсть была, как и у Гаррета, немного квадратной, но ей это шло. Она поморгала густо накрашенными ресницами. И завопила:
— О бо-о-о-оже! Он такой милый!
Последовала непродолжительная возня, после которой Гаррет снова втиснулся в кадр, и теперь я видел их двоих сразу.
Я помахал ей.
— Э… привет. Я Кай.
Ее руки мельтешили перед лицом, пока Гаррет не опустил их.
— А я Николь… и о боже, мы обязаны подружиться. Я должна узнать, каким образом мой бука-брат заполучил такого красавца.
Гаррет все больше и больше выглядел так, словно считал, что позвать ее было ужасной идеей.
— Николь, сбавь обороты, окей? Господи, ты пугаешь даже меня.
— Слушай, ну я же взволнована плюс выпила море колы. — Она в вихре волос развернулась и крикнула через плечо: — Ма, иди познакомься с бойфрендом Гаррета! Он просто прелесть! — Ей что-то ответили, и Николь снова повернулась к экрану. — Так, а теперь расскажи мне о себе. Гаррет сказал, что ты геймер.
Возможно, она поняла, что я нервничаю, а может моя работа и впрямь была ей интересна, но так или иначе, это был лучший способ меня успокоить.
Я принялся объяснять, как работает твич (обычно люди не понимали, почему одни смотрят бесплатно, а другие ради нескольких бонусов покупают подписку), какое у меня оборудование, сколько подписчиков и какие игры я стримлю. Наверное, это был до ужаса скучный рассказ, но Николь слушала с неослабевающим интересом, а Гаррет улыбался своей безмолвной улыбкой и гордо смотрел на меня.
— Вау, — сказала Николь, когда я закончил. — Да ты настоящая знаменитость.
— Не думаю, что меня знает кто-то, кроме подписчиков.
На экране появилось третье лицо, и я встретился взглядом с их матриархом. Миссис Рейд оказалась привлекательной женщиной с темными, тронутыми сединой волосами и ореховыми глазами. На ее руке была большая и яркая цветочная татуировка.
— Здравствуй, Кай.
— Здравствуйте, миссис Рейд. Приятно познакомиться.
Ее улыбка, несмотря на суровую ауру, была доброй.
— Спасибо за то, что делаешь моего сына счастливым. Я никогда раньше не видела, чтобы он хмурился меньше трех четвертей дня.
Мое сердце загрохотало в груди, и я на мгновение пожалел, что не нахожусь рядом с ними, чтобы обнять ее за эти трогательные слова.
— Не за что.
— И я сказала ему, что мне безразлично, мужчина ты или женщина, или кто-то еще.
— Ради всего святого, мам! Или кто-то еще? — Гаррет уронил голову в руки. — Давай без этой гипертрофированной толерантности, ладно? Это звучит адски невежественно.
Мать дала ему подзатыльник.
— А ну-ка следи за своим языком. Я не особо хорошо разбираюсь во всем этом политкорректном дерьме, и ты это знаешь. Но я буду стараться.
Когда Гаррет бросил на мать еще один выразительный взгляд, мы с Николь переглянулись и усмехнулись.
Не такая ли атмосфера должна была царить в настоящей семье? Атмосфера поддержки, дружбы, любви… Его родственники были, естественно, не идеальны, но с учетом того, что они жили в Рикстоне — откуда открытого гея могли и изгнать, — их отношение ошеломило меня. Я был счастлив за Гаррета. Он заслуживал того, чтобы в его жизни были эти две женщины и их любовь.
— Ладно, — решительно вымолвил Гаррет. — А теперь уходите.
— Может, ты сам уйдешь, а я еще пообщаюсь с Каем? — предложила Николь.
— Чувиха, серьезно. Я его неделю не видел. Свали.
Миссис Рейд возвела глаза к потолку.
— Вы давно выросли, но продолжаете ругаться, как дети.
Николь поднялась, потом опять наклонилась и помахала мне.
— Было приятно познакомиться, Кай. С нетерпением жду нашей встречи вживую.
— Мне с тобой тоже, Николь, — сказал я.
Она еще раз улыбнулась, затем ущипнула Гаррета за ухо и вышла из кадра.
Миссис Рейд потрепала Гаррета по плечу.
— Я передам с Гарретом домашней еды. Судя по твоему виду, тебе стоит питаться получше.
Да уж. Моя диета состояла из кофе с мороженым и другой ерунды.
— Спасибо, миссис Рейд.
— До встречи, Кай, — сказала она.
Я помахал ей, и мы с Гарретом снова остались наедине.
— Извини, они перевозбудились из-за моих новостей, плюс они слегка сумасшедшие. И… жутко невежественные. Господи, даже стыдно. Прости.
— Все нормально. Я понимаю. Им это… в новинку. Но я уже их люблю, — сказал я, чтобы он не считал, будто обязан извиняться за родственников, которые его обожают. — Мы можем их просветить.
— Серьезно? — Мой Гаррет… Он был таким скептиком. — Они тебе правда понравились?
— Ну, они, безусловно, любят тебя.
— Это да. — Он опустил глаза, а потом сверкнул быстрой обнадеживающей улыбкой. — Мне надо сделать пару вещей, но я скоро вернусь. Обещаю.
Господи, насколько же необходимо мне было это услышать! Но вместо того, чтобы начать скакать на кровати, я заставил себя остаться спокойным.
— Окей.
— Кай, да ладно тебе. Только «окей»?
— Я пытаюсь держаться! Если честно, я в панике, потому что мне без тебя очень хреново.