Свободной рукой диверсант вцепился в силовую нить и оторвал её от себя, а больше ничего предпринять не успел ни он, ни я. С грохотом распахнулась дверь в дальнем конце коридора, вывалившиеся из неё Никифор и Сергей синхронно вскинули руки, и в нашу сторону устремился вал плазмы, раскалённой до каких-то немыслимых температур. При этом ни бумажные обои на стенах, ни ковёр на полу не загорелись, а вот застигнутого врасплох убийцу прожарило насквозь, от него остался лишь обугленный костяк. Досталось бы и мне, но линза ионизированного воздуха самую малость замедлила пламенный шквал, и в самый последний момент я успел юркнуть за угол. Отделался опалёнными волосами и бровями, а затем пирокинетики опомнились и обуздали огненную стихию, предотвратив неизбежный в противном случае пожар. В воздухе осталось плавать лишь несколько светлячков, и только.
— Сдурели⁈ — рявкнул я, шагнув обратно, и в этот миг с потолка рухнуло обугленное тело.
Ещё одни убийца⁈ И ведь даже не почувствовал его из-за всех этих помех…
Пирокинетики мой возглас проигнорировали, им было попросту не до того: они подпирали друг друга, не давая завалиться на пол. Начали распахиваться двери, выскочили Алевтина, Авдей и Герасим. Прибежал из дальнего крыла в одном исподнем, зато с пистолетом в руке Василь, следом за ним появился в компании двух оперативников Евгений Вихрь.
Перезаряжая ТТ, я развернулся так, чтобы контролировать свой коридор, но никто из тех комнат так и не вышел.
— Что происходит⁈ — крикнул Вихрь, прикрыв нос ладонью из-за нестерпимой вони горелой человечины.
— Нападение! — отозвался я, спешно восстанавливая контур заземления. — Диверсанты оперируют сверхсилой и задействуют оптические иллюзии!
— Поднимаемся к аналитикам! — решил оперативник, но те спустились к нам сами.
Первой с лестницы, в забрызганной кровью ночной сорочке, которая не особо и скрывала впечатляющих форм, вышла единственная из них дама; за ней, попарно взявшись за руки, явились остальные.
Нисколько не смущённая своим неподобающим одеянием тётенька оглядела собравшихся, и я почувствовал не
— Больше на этаже никого, — мягким грудным голосом объявила глава выездной команды аналитиков. — Третий тоже зачищен.
— Тогда спускаемся! Мы идём первыми, вы за нами! — объявил Вихрь. — Линь, Короста, не спите!
Я не сдвинулся с места, вместо этого указал на боковой коридор.
— Там лестница и окно на улицу!
— И у нас тоже! — поддакнул незнакомый оперативник. — Их надо перекрыть!
— Займитесь! — разрешил Вихрь. — Линь, та лестница на тебе!
— Мы прикроем! — заявил Никифор и потянул за собой товарища. — Сергей, пошли!
Обугленный костяк человека уже нисколько не напоминал, но второго лазутчика опалило не столь сильно, кого-то даже вырвало. Сам я старательно отводил взгляд от комка горелой плоти и дышал исключительно через поднятый воротник гимнастёрки, но и так едва справлялся с рвотными позывами. А тут ещё это…
Алевтина сомлела, её подхватил на руки Авдей, на лбу которого белела полоска лейкопластыря. Да и Герасим тоже был сам не свой, пересчитал подопечных он, лишь когда оперативники убежали к дальней лестнице, а Вихрь и Короста начали спускаться на первый этаж.
— А Лия? — забеспокоился куратор пирокинетиков. — Алевтина, где Лия⁈
Точно! Лия!
— Сюда! — позвал я и рванул к нише с диванчиком.
За ним Лия, к моему несказанному облегчению, и обнаружилась.
Целая и невредимая.
— Просто без сознания, — пояснил я, переложив девчонку с пола на диван, поправил её сбившийся халат, прикрыв ноги, и сразу опомнился, перебежал к лестнице. Там — темно и тихо. Вроде бы даже никаких энергетических аномалий не наблюдалось, но это не точно. Слишком много помех кругом, чтобы поставить на это свою жизнь.
Авдей устроил рыжеволосую барышню на диванчике и принялся тереть той уши, Герасим растерянно озирался по сторонам, и я пришёл ему на помощь:
— На вас окно! Никифор, Сергей, давайте за мной!
— Идите! — отпустил подопечных Герасим, а сам вернулся к нише с диванчиком.
Сердце кольнул острый приступ ревности, но я заставил себя позабыть о неуместных душевных терзаниях и первым двинулся вниз. Там впустую пощёлкал выключателем, а когда лампочки так и не загорелись, пирокинетики запустили в воздух несколько светлячков, отправили их дрейфовать по коридору. Ни о какой скрытности речи больше в любом случае не шло, и я крикнул:
— Свои! — после осторожно выглянул за угол. Точнее даже — качнулся туда-обратно, дабы свести шансы поймать пулю к минимуму.
Увы, близость пирокинетиков, которые не могли удержать в себе всю набранную во время резонанса сверхсилу, лишала меня возможности задействовать связку ясновидения и нейтрализации кинетической энергии. Попытаюсь окружить себя пологом энергии в противофазе, и точно замыкание случится.
На мою удачу в коридоре противника не оказалось, и я скомандовал:
— Стоим!
— Почему⁈ — возмутился Никифор.
